Шарданова И.В. Концепция истории в автобиографии Воспитание Генри Адамса - файл n1.rtf

Шарданова И.В. Концепция истории в автобиографии Воспитание Генри Адамса
Скачать все файлы (1801.4 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.rtf1802kb.04.02.2014 03:29скачать

n1.rtf

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14


КАБАРДИНО-БАЛКАРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

ИМ. Х.М. БЕРБЕКОВА

Шарданова Ирина Валерьевна

Концепция истории в автобиографии "Воспитание Генри Адамса" Специальность 10.01.03. Литературы народов стран зарубежья

(литературы Америки) Диссертация на соискание ученой степени кандидата филологических наук


Научный руководитель -доктор филологических наук, профессор Шогенцукова Н.А.

Нальчик - 2003


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1. АВТОБИОГРАФИЯ Г. АДАМСА В КОНТЕКСТЕ
НАЦИОНАЛЬНОЙ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ
КУЛЬТУРЫ 24

1.1. О РОЛИ АВТОБИОГРАФИЗМА В ИСТОРИИ АМЕРИКАНСКОЙ
ЛИТЕРАТУРЫ 24


1.2. "ВОСПИТАНИЕ ГЕНРИ АДАМСА": БИБЛИЯ ИЛИ ПЕСНЬ ОБ
АПОКАЛИПСИСЕ? 35

ГЛАВА 2. ГЕНЕЗИС НАУЧНО-ИСТОРИЧЕСКИХ КОНЦЕПЦИЙ ГЕНРИ
АДАМСА 46

2.1. ПОСТИЖЕНИЕ ИСТОРИИ: ЗАКОНОМЕРНОСТЬ ИЛИ ХАОС.

КРАТКИЙ ОБЗОР ФИЛОСОФСКО-ИСТОРИЧЕСКИХ

ТЕЧЕНИЙ 46

2.2. ОТ СОЦИАЛ-ДАРВИНИЗМА КО ВТОРОМУ ЗАКОНУ
ТЕРМОДИНАМИКИ 60

ГЛАВА 3. "ВОСПИТАНИЕ ГЕНРИ АДАМСА": ОТ ПОЭТИКИ ТЕКСТА К
ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ 118


ЗАКЛЮЧЕНИЕ 147

БИБЛИОГРАФИЯ 155

Введение

Усилившийся в последние десятилетия интерес к документальной и художественно-документальной литературе расширил границы литерату­роведческого анализа, вовлек в его сферу такие произведения, которые тра­диционно оставались за его пределами: дневники, биографии, мемуары, ав­тобиографии, письма, хроники. Но прочтение произведений названных жанров представляет для специалистов немалую трудность, ибо принципы анализа их поэтики остаются пока неразработанными. Между тем, в произ­ведениях документальных и художественно-документальных жанров лич­ность может быть раскрыта не менее глубоко и всесторонне, чем в произ­ведениях художественных жанров. Примером, доказывающим это является автобиография знаменитого американского деятеля середины XIX - начала ХХ веков Г.Б. Адамса - "Воспитание Генри Адамса".

О значительной роли Адамса в истории американской культуры и о масштабе его популярности на Западе свидетельствует большое количество трудов, посвященных изучению его творчества. Среди многочисленных ис­следований выделяются работы Р.Спиллера (1), Р.Блэкмура (2), Э.Самюэлса (3), Р.Мейна (4), К.Портер (5), Т.Кули (6), Г. Каузера (7), В. Вассестрома (8), В.Деккера (9), Дж.Кокса (10), А.Барра (11) и других. В нашей стране произ­ведения Генри Адамса, на сегодняшний день, - большая редкость. На рус­ский язык переведена лишь малая часть его работ: автобиография "Воспита­ние Генри Адамса" (в 1988 г.) и роман "Демократия" (в 1989 г.). В отечест­венном литературоведении кроме статей М.М.Кореневой (в книгах "Про­блемы становления американской литературы" (12); "Писатели США" (13)) и послесловия к "Воспитанию" А.Н.Николюкина (14) нет публикаций по творчеству Г. Адамса. В третьем томе "Литературной истории США" (15) можно найти статью Р.Спиллера (перевод М.М.Кореневой). О Г.Адамсе упоминается во втором и третьем томах "Истории Соединенных Штатов Америки"(16), в монографиях Е.А.Стеценко (17) и М.В.Тлостановой (18).

Недостаточная изученность наследия Г.Адамса в отечественной нау­ке определяет актуальность данной диссертации. Необходимость оценить его творчество во всем многообразии и выработать целостное представление об этом сложном явлении американской духовной жизни кажется нам бес­спорной. В данный момент в российском литературоведении нет исследова­ния, в котором была бы изучена связь исторических взглядов Адамса с на­циональной и европейской философией рубежа Х1Х-ХХ столетий. Большую сложность представляет анализ проблемы творческой эволюции, специфики историзма, двойственного характера мировидения и творческого метода Адамса. Необходимо осмыслить процесс становления писателя под влияни­ем его интереса к естественным наукам, проанализировать автобиографию "Воспитание Генри Адамса", явившуюся кульминацией этого процесса. Кроме того, нам кажется важным исследовать не только сугубо научные взгляды Адамса, но и поэтику "Воспитания", систему художественных средств, при помощи которых автор организует сложное текстовое полотно произведения.

Настоятельная потребность в исследовании автобиографического творчества Генри Адамса видится нам закономерной еще и ввиду того, что любая область науки и искусства, выходя за рамки своей специфики, рано или поздно приводит к научно-философской и культурологической рефлек­сии. Так, философское осмысление особенностей жанра автобиографии, рас­крывает иную грань научных исследований. Это касается и нового прочте­ния классических произведений мировой литературы.

В данном случае "Воспитание Генри Адамса" - это не просто автобиогра­фия в привычном смысле, где повествуется о богатом жизненном опыте автора, его взаимоотношениях с окружающим миром. В ней представлен сложнейший генезис научных взглядов Адамса-историка, формировавшихся в период револю­ционных открытий в области естествознания. Мы считаем, что сочетание автором художественных и научно-исследовательских задач внутри автобиографического произведения не случайно.

Автобиографический жанр в истории американской литературы все­гда имел большое значение - многие знаменитые американцы обращались к нему, чтобы поведать миру уникальную историю своей жизни. На наш взгляд, не будет преувеличением сказать, что интерес к автобиографическо­му жанру - традиционная особенность как авторского, так и читательского вкуса американцев. Однако, стремление Г. Адамса создать собственную ав­тобиографию объясняется не только популярностью в Соединенных Штатах литературы подобного рода. Понятие "автобиография" для него гораздо ши­ре традиционного повествования о судьбе отдельного человека. Оно непо­средственно соединено с философскими представлениями автора о природе исторического познания.

В адамсовской концепции истории особенно важна идея о неразрывной связи времен, обусловленной причинно-следственными отношениями. На­стоящее, по его мнению, логически сочетает в себе элементы прошлого и бу­дущего. При таком подходе становится возможным, как ему кажется, объяс­нить историю, исходя из опыта отдельного человека, а его частная жизнь, " биография" обретает особую значимость. Согласно Адамсу, каждый может постичь историю цивилизации, анализируя свой жизненный опыт, так как он содержит в себе элементы прошлого. Следовательно, история для Адамса ста­новится субъективной. Но через субъективное отношение, через автобиогра­фию, историк дает масштабную картину всемирной истории в ее прошлом, на­стоящем и будущем. Иначе говоря, "Воспитание" из автобиографии конкрет­ной личности превращается в "автобиографию всего человечества".

Таким образом, поставленные цели исследования определили струк­туру диссертации. Во введении рассматриваются общетеоретические вопро­сы автобиографического жанра. При этом подчеркивается сложный и проти­воречивый характер научных дискуссий относительно природы, принципов анализа и поэтики жанра. В первой главе ставится задача проследить пути развития автобиографической традиции в литературе США. Это необходимо для выявления общего и особенного в "Воспитании Генри Адамса", ставше­го классикой американской автобиографической литературы. Вторая глава посвящена исследованию исторической концепции Адамса, формировав­шейся в период глубокой трансформации гуманитарных наук. Дается крат­кий обзор философских течений конца Х1Х - начала ХХ веков, прослежива­ется влияние открытий в области естественных наук на методологию и на­учные взгляды Г. Адамса. Здесь же мы предлагаем сравнительный анализ ранних научных теорий автора и динамической концепции истории, воз­никшей в поздний период творчества. Исследуются различные стороны его мировидения - взгляды на историю, общество, политику, государство, мо­раль, религию, искусство, процесс познания и другие. В третьей главе гово­рится о своеобразии художественной системы "Воспитания Генри Адамса", об особенностях его поэтики, сквозь призму которой читатель также пости­гает авторскую "философию жизни", проникает в удивительный мир творче­ской фантазии писателя.

Материалом диссертации послужили художественные ("Демократия", "Эстер"); художественно-документальные ("Воспитание Генри Адамса"); культурологические ("Мон-Сен-Мишель и Шартр") произведения Г.Адамса; его исторические работы ("Очерки по англосаксонскому праву", "История Соединенных Штатов Америки", "Тенденции в изучении истории", "О роли фаз в развитии истории", "Послание американским историкам"); письма Г. Адамса друзьям и коллегам. Кроме того, нами широко использовались ра­боты представителей современных философских течений, а также классиков западной философии; критические труды, посвященные жанру автобиогра­фии и творчеству Генри Адамса в частности.

Поскольку объектом нашего исследования является произведение ав­тобиографического жанра, необходимо попытаться рассмотреть его особен­ности. К теоретическим вопросам автобиографического жанра обращаются не только теоретики, но и историки литературы, выбравшие для анализа ав­тобиографию. И если в 1954 году американский исследователь У. Шумейкер не без основания утверждал, что "не существует единого мнения относи­тельно критерия формы и содержания автобиографии" (19.с.1.), то за сорок пять лет положение изменилось - по всем основным проблемам жанра нако­плен большой разнообразный материал, точки зрения исследователей по многим принципиальным пунктам совпадают. В то же время остается про­странство для дискуссий, которые питают разные методологические пози­ции и постоянный процесс переоценки ценностей.

Анализ теоретико-литературных исследований в сфере жанра авто­биографии позволяет говорить об определении этого жанра в широком и уз­ком смыслах. Относится ли автобиография к художественной прозе, пред­ставляет ли собой документальное или синтетическое повествование - отве­тить на этот вопрос и означает определить названный жанр в широком смысле слова. Интересные рассуждения на этот счет содержатся в статье американского исследователя Б. Дж. Мандела "Современное понимание полноты жизни", опубликованной в сборнике "Автобиография: эссе теоре­тические и критические" (1980 г.). "Автобиографы заимствуют технику соз­дания произведения у художественной прозы, - отмечает Мандел, - но это не делает автобиографию художественной прозой, подобной тому, как исполь­зование Дворжаком фольклорных мотивов не делает его "Новую всемирную симфонию" народной песней" (20.с.53). По мнению Олни, коренное отличие автобиографии от произведений традиционных художественных жанров со­стоит в том, что в каждый момент повествования автобиограф стремится до­казать: "это происходило со мной" (21.с.53). Относя автобиографию к сфере небеллетристического повествования, Олни протестует против того, чтобы считать художественную прозу сердцевиной литературного процесса, а ав­тобиографию - второразрядным жанром. Не формулируя прямо выводы, он подводит читателя к мысли о синтетической природе анализируемого жанра.

Новые оттенки взаимоотношения документального и художественно­го повествования в автобиографии находят литературоведы в 70-ые годы. Утверждая, что автобиография занимает промежуточное положение между беллетристикой и историей, Томас Кули в предисловии к работе "Сотворе­ние жизни" пишет, что автобиография не отличается от романа по степени красноречия, но имеет и принципиальное сходство с документальной лите­ратурой, " хотя автобиографы и наслаждаются свободой, недостижимой для историков и биографов, они не свободны от того, что с ними произошло" (6. Предисловие).

Точки отталкивания автобиографии от беллетристики четко опреде­ляет М. К. Блейзинг, автор монографии "Искусство жизни. Исследование американской автобиографической литературы". "Автобиографии присуще тождественность автора, повествователя и героя. Однако, в ней не возникает так называемого "культа личности". Принцип объективного изображения персонажей не нарушается, в то время, как в беллетристике они являются второстепенным фоном, зеркалом героя-повествователя" (22.Предисловие). Хотя последнее положение, на наш взгляд, не носит всеобщего характера, а применимо лишь к отдельным произведениям, тем не менее выводы Блей-зинг укрепляют теоретическую базу для изучения автобиографии.

Новую проблему в исследуемой сфере ставит Л.А. Ренза в статье "Вето на образность. Теория автобиографии". Согласившись с тем, что "ав­тобиография - это мутация, гибридный жанр, смешение правды о жизни ав­тобиографа с вымыслом", он предлагает неожиданную формулировку: "Ав­тобиография - это ни художественная литература, ни документальная лите­ратура, ни соединение этих двух начал. Это уникальный способ самоиссле­дования личности" (22.с.273, 295). К сожалению, Ренза не раскрывает сфор­мулированное им положение. Его идея, однако, дает толчок к размышлени­ям и заставляет сомневаться в полноте определения автобиографии как со­вокупности художественного и документального начала.

Выявление конкретных элементов структуры автобиографического произведения - вот цель, которую преследует определение этого жанра в уз­ком смысле слова. Некоторые исследователи считают подобную задачу не­выполнимой. Эту мысль, в частности, высказывает Дж. Олни в своей работе 1972 года "Метафора личности". "Определение автобиографии как литера­турного жанра представляется мне невозможным, - пишет он, - так как при­дется или включить в него так много компонентов, что оно уже перестанет быть определением, или, наоборот, исключить так много особенностей, что будут отсечены необходимые определяющие его черты" (21.с.42). О трудно­сти определения автобиографического жанра говорит и американский ис­следователь Г. Мэй в монографии "Автобиография". В подтверждение сво­его тезиса он приводит мнение Д. Гасдорфа и Д. Старобински, которые счи­тают, что в жанре автобиографии отсутствуют закономерности (24.с.10).

Сомнения таких известных специалистов в области теории автобио­графии, какими являются перечисленные авторы, свидетельствуют о дейст­вительной сложности предмета исследования. Однако, размышляя о слож­ности задачи и даже об отсутствии ее решения, они все-таки дают определе­ние жанра, так как без обозначения границ и структуры объекта изучения анализ его невозможен.

Д. Старобински называет автобиографию "биографией, написанной главным действующими лицом" (25.с.74). Дж. Олни определяет ее как "точ­ку зрения писателя на свою собственную жизнь" (21.с.42), а в заглавной ста­тье уже упоминавшегося сборника "Автобиография. Эссе теоретические и критические", вышедшего под его редакцией, он говорит о трех элементах автобиографии: "auto", "bios" и "grapho" - "личность", "жизнь" и "момент на­писания" (26.с.6). В работе 1980 года Дж. Олни более терпим к определени­ям и, делая обзор критики по истории и теории автобиографии, даже приво­дит формулировку французского филолога Ф. Лежона, показавшуюся ему, видимо, наиболее достойной внимания: "Это ретроспективное повествова­ние о жизни реального человека, в котором подчеркиваются индивидуаль­ные черты жизни и, в особенности, история становления личности" (26.с.28).

Д. Гасдорф, чьи исследования в области жанра автобиографии полу­чили высокую оценку Дж. Олни ("вначале был Дж.Гасдорф и его статьи" (26.с.8)), не формулирует определение автобиографии как таковое. Однако в статье "Условия и границы автобиографии", которую А. Стоун назвал "эпо­хального значения эссе 1956 года" (27.с.7), приводит блестящий анализ гене­зиса и структуры этого жанра (28.с.28-48). Одни и те же черты подмечают в автобиографии У. Шумейкер и Д. Моррис. "Автобиография, - считает Шу-мейкер, - это правдивая запись, история личности, написанная ею самой и скомпонованная как единое целое" (19.с.106). "Автобиография..., - по Мор­рису, - это разновидность истории, повествование о событиях, происшедших на протяжении определенного времени" (29.с. 11). Простое и в то же время емкое определение дает автобиографии М.К. Блейзинг. Автобиографиче­скими она считает те работы, в которых герой, повествователь и автор обо­значены одним и тем же именем (22. Введение).

Автор самой известной у нас работы по истории автобиографического жанра в литературе США "Американская автобиография. Ее пророческий вари­ант" Г. Каузер, анализируя конкретные произведения, придерживается, как он замечает, определения Б. Мандела - "автобиография есть ретроспективное пове­ствование о жизни человека в целом или в важнейшем ее периоде, правдиво на­писанное со специальной целью человеком, прожившим описываемую жизнь" (30.Введение). В это определение, по утверждению Каузера, не укладывается трансценденталистская автобиография, в частности, "Уолден, или Жизнь в лесу" Г. Торо, для повествовательной структуры которого характерна не ретроспек-тивность, а сиюминутность (30. Введение).

Имея собственную ценность, приведенные здесь определения в то же время решают еще одну задачу - скрыто информируют о принципах, мето­дологии создания автобиографии, затрагивают такие важнейшие в этой сфе­ре вопросы, как проблема правды, проблема времени, сущность автобиогра­фического "я", соотношение художественного и документального, критерии отбора материала, способ типизации. В ряде исследований, в частности, в уже называвшихся работах Дж. Олни, Т. Кули, М.К. Блейзинг, А. Стоуна, эти вопросы являются предметом специального рассмотрения.

М.К. Блейзинг высказывает мысль о том, что процесс создания автобио­графии - это процесс трансформации истории в литературу, процесс превращения определенного "я" в неопределенное "я", личного бытия в общественное (22.Введение). Тождественную мысль высказывает и Дж. Олни в своей работе 1972 года: "Хотя в каждой автобиографии специфичны место, время и характеры, и именно это делает ее реальной, она скорее универсальна, чем локальна, скорее вечна, чем конкретно исторична" (21.Введение).

Блейзинг не называет принципы трансформации, считая, что они но­сят индивидуальный характер, и рассматривает их применительно к кон­кретным произведениям. Подробно анализирует она особенности автобио­графического "я", выявляя такие всеобщие его черты, как одновременное нахождение в двух ипостасях: наблюдаемый и наблюдатель, история и исто­рик, герой и поэт. Говоря о сосредоточенности автобиографии на одной личности, Блейзинг для обозначения этого явления вводит термин "нарцис­сизм автобиографии" (22. Введение).

Своеобразным развитием взглядов М.К. Блейзинг является концеп­ция А. Стоуна. По его мнению, в процессе создания автобиографии проис­ходит движение не только от частного к общему, но и вновь возвращение к частному. "Автобиография создается человеком, оглядывающимся назад", -говоря об этом, Стоун приводит формулировку Д. Гасдорфа: "Автобиогра­фия - это второе прочтение опыта, и оно более правдиво, чем первое, потому что включает осознание события" (27.с.59).

Проблема правды занимает в теории Стоуна одно из основных мест. Являясь своего рода информацией о культуре и индивидууме, автобиогра­фия в то же время, как считает исследователь, представляет собой лишь вер­сию происходившего, ибо создатель автобиографии отбирает материал в со­ответствии со своими установками. Отвечая на вопрос, в чем же состоит правдивость автобиографии, Стоун формулирует важнейший вывод: "доку­ментальная ценность автобиографии заключается в том, что в ней конкрети­зированы время, традиции, культура" (27.с.7).

Проблема правды волнует практически всех литературоведов, обра­щающихся к изучению жанра автобиографии. Одним из первых ее поставил У. Шумейкер в своей известной работе 1954 года "Английская автобиогра­фия. Ее истоки, содержание и форма". Шумейкер выдвинул тезис о невоз­можности достижения в автобиографии абсолютной правдивости, так как автор, во-первых, не все помнит, и, во-вторых, не может судить себя пра­вильно (19.с.36, 49).

В ином ракурсе рассматривает проблему правды Т. Кули - как стрем­ление автобиографов уйти от нее и практическую невозможность это сде­лать. Как говорил Марк Твен, "беспощадная правда присутствует между строк" (31.с.65). Кули отмечает то, что американские автобиографы говорят в своих книгах о себе, было проверено по другим источникам, и совпадений оказалось гораздо больше, чем несовпадений. Более четко, чем предыдущие исследователи, формулирует Кули принципы отбора автобиографического материала - автор отбирает такие события и случаи, которые представляют его образ (6. Введение).

В той или иной форме все исследователи касаются и способов типи­зации в автобиографии. В литературе известны два способа типизации - во­площение многократно повторенных типических черт в индивидуальном образе и перенесение в художественное произведение готового "типа", об­наруженного в жизни. Для автобиографии, как и для других художественно-документальных жанров, характерен второй способ. Первый для нее просто невозможен, так как он связан с созданием вымышленных образов. "Законо­мерным является тот факт, что в центре автобиографии находится личность исключительная - в социальном, нравственном или духовном смысле, - счи­тает Е.И. Журбина, - ибо именно она "попадает в фокус типизации" (32.с.114).

Наша точка зрения на методологию создания автобиографии состоит в следующем. На первый взгляд может показаться, что отбор материала - из­лишняя для автора задача, поскольку законы жанра диктуют ему по возмож­ности просто и правдиво рассказать о своей жизни. Однако в практической творческой деятельности автобиографа и понятие "правдивость", и понятие " своя жизнь" приобретают многозначный характер. Диапазон этих понятий становится предельно широк. Понятие "искренность" оказывается зависи­мым, как минимум, от трех факторов. Это: психологические особенности личности автора; его философские установки; художественные приемы, ис­пользуемые создателем автобиографии. Под психологическими особенно­стями личности автора мы подразумеваем степень ее "открытости", желание и возможность раскрыться перед людьми. Степень правдивости автобиогра­фа не может не зависеть от его философской позиции. Едва ли способствует описанию тонких душевных переживаний философия прагматизма с ее культом дела, выгоды. Что же касается, например, философии экзистенциа­лизма, то ее сосредоточенность на отдельном человеке, поиске "подлинной" личности (в противоположность "не подлинной") низводит принцип правди­вости до уровня условности. Пределы авторской откровенности могут варь­ироваться от лишь намеченной штрихами внутренней жизни до глубокой исповедальности, граничащей с историей болезни, то есть выходящей за пределы искусства.

Многозначным для автобиографа, является не только понятие "прав­дивость", но и понятие "своя жизнь". Создавая повествование о прожитом, автор должен решить следующие важные вопросы: какие периоды своей жизни он хочет описать; что он намерен акцентировать в прожитой жизни -событийную сторону или духовную; сформулировать свое жизненное кредо. Таким образом, отбор материала важный в художественном творчестве во­обще, приобретает особое значение в создании произведений художествен­но-документальных жанров - из обилия всевозможных фактов автор в соот­ветствии со своими психологическими, философскими и эстетическими ус­тановками выбирает необходимые.

Приведенные выше положения, имеющие всеобщий характер для жанра автобиографии, видоизменяются, когда анализируется конкретное произведение, являющее собой пример той или иной жанровой разновидно­сти. Вопросы методологии и классификации автобиографического жанра оказываются органично связанны между собой. Трудно найти другую сферу теории исследуемого жанра, где бы царил такой субъективизм, как при рас­смотрении вопроса внутрижанровой типологии. И хотя каждый литературо­вед обосновывает предлагаемую им классификацию, доля волюнтаризма здесь столь велика, что на сегодняшний день данная проблема не может счи­таться решенной.

"Субъективная" и "объективная" - такие два вида автобиографий вы­делял в своей работе У. Шумейкер. "Объективную" разновидность он затем подразделяет на "воспоминания" и "хроники типа res gastae". "Субъектив­ная" автобиография, по Шумейкеру, включает те произведения, в которых "много внимания уделено психологическим состояниям... Воспоминания имеют природу общественных анекдотов: res gastae включает не только ме­муары, но и повествования о приключениях, занятиях, успехах" (19.с.54). Как видим, критерий, по которому проводится разделение, весьма неопреде­ленный. Более того, У. Шумейкер смешивает понятия "автобиография", "воспоминания" и "мемуары", которые обозначают разные жанровые систе­мы. И хотя в рассуждениях исследователя о субъективной стороне автобио­графии много ценного - он, в частности, обоснованно заявляет, "что разви­тие субъективного начала в автобиографии имело такое же литературное значение, как появление романа" (19.с.74) - предлагаемая автором работы классификация не может быть принята ни как теоретическая, ни как рабочая концепция.

Во многом уязвимо и понятие "пророческая автобиография", выдви­гаемое Г. Каузером. Он считает пророческую автобиографию одной из ос­новных жанровых разновидностей американской автобиографии, хотя в то­же время утверждает, что она как поджанровая структура не имеет четких границ (7. Введение). Объединяя под этим названием автобиографии Б. Франклина, Ф. Дугласа, Г. Торо, У. Уитмена, Г. Адамса, М. Икса, Н. Мейле-ра, Р. Персига Каузер следующим образом объясняет вводимый им термин: " Видя противоречия между тем, какова Америка есть, и тем, какой она могла бы стать, автобиографы вновь и вновь обращались к пророчествам. Проро­ческая автобиография обычно создается в периоды общественных кризисов; она акцентирует внимание не на отдельной личности, а стремится консоли­дировать людей; она более обращена в будущее, чем в прошлое" (7. Введе­ние). Приведенное здесь определение столь расплывчато, что оно едва ли дает возможность вычленить из общего числа автобиографий пророческую. Научно необоснованным представляется и рассмотрение в одном ракурсе перечисленных автобиографий, глубоко различных по времени создания, художественному методу, стилистике.

Спорной, хотя и довольно интересной, является типология У.Хоуорта, который выделяет три разновидности жанра : "автобиография как риторика", "автобиография как драма" и "автобиография как поэзия" (33.с.85-111). За этими броскими наименованиями у Хоуорта стоит скрупу­лезный анализ мировой автобиографической литературы и точность крите­риев. К первой группе - "автобиография как риторика" - он относит автобио­графии-доктрины (религиозные, исторические или политические). Ее цель -дидактическая, автор хочет представить частную жизнь как идеальную фор­му поведения. Две американские автобиографии отнесены им к этой разно­видности - Г. Адамса и М. Икса. Не идеи, а характеры, сцены и события до­минируют, по мнению исследователя, в автобиографиях Б. Франклина и М. Твена, которые он определяет как автобиографии-драмы. Изучить самого себя - такую задачу, как считает Хоуорт, ставит перед собой сомневающаяся в себе, критично настроенная личность, приступая к созданию автобиогра­фии как поэзии. Именно так определяет литературовед произведения Г.Торо и Г.Джеймса (33.с.106).

Более обоснованным является взгляд на исследуемую проблему Т. Кули, перу которого принадлежит уже упоминавшаяся монография. Проти­вопоставляя автобиографии XIX и XX веков, Т. Кули считает, что в основе первой лежит культивация, то есть раскрытие всех внутренних возможно­стей личности, а в основе второй - воспитание, то есть формирование харак­тера под влиянием внешних обстоятельств. "Водоразделом" между ними Кули называет "Воспитание Генри Адамса"(6.с.16). Исследователь связывает появление новой автобиографии не только с чисто литературными явления­ми, но и с достижениями психологии во второй половине XIX века.

Развернутую внутрижанровую типологию автобиографии или, по его выражению, разновидности автобиографической ситуации, предлагает А. Стоун. Приведем ее полностью. Первая ситуация - старый человек огля­дывается на свою богатую событиями жизнь, чтобы поставить прошлое ин­дивидуума на уровень факта культуры. Вторая ситуация - верующий человек описывает выполнение им духовной миссии. Третья разновидность - авто­биографии о детстве и юношестве. Четвертая ситуация - опыт столкновения с насилием. Пятая разновидность - женская автобиография. Шестая ситуа­ция - творческое сотрудничество субъекта автобиографии и профессиональ­ного писателя. Седьмая разновидность - автобиография, пограничная с пси­хологическим романом (27.с.19-25). При всем уважении к известному иссле­дователю, нельзя не отметить явную ненаучность разработанной им внутри-жанровой структуры. В ней отсутствует единый критерий: Стоун обращает­ся то к тематике, то к личности автора, то к способу создания произведения, то к его поэтике. И если в качестве плана к его творческой монографии структура Стоуна приемлема, то как теоретическая концепция она, довольно спорна.

Безусловно, каждая из приведенных типологий может вызвать упреки в произвольности, так как реальный историко-литературный материал не укладывается в жесткую схему разновидностей автобиографического жанра: существуют произведения, сочетающие в себе черты двух, а то и всех трех жанровых разновидностей, или вообще выбивающиеся за пределы какой-либо классификации. На наш взгляд, классификация - это не конечная, веч­ная схема. Она должна совершенствоваться в процессе развития литературы, отражать характерное для современной культуры слияние различных жан­ров, их синтезирование.

Разноречивость рассмотрения, а часто и нерешенность многих теоре­тических вопросов жанра автобиографии может, на наш взгляд, быть объяс­нена сложностью данной проблемы. Автобиография полно, как никакой другой жанр, отражающая личность, усложняется по мере развития внут­реннего мира и внешних взаимосвязей этой личности. Постоянно идущий в современной автобиографии процесс переоценки ценностей осложняется многоликостью этого жанра - обращенностью его и к беллетристике, и к публицистике, и к истории, и к психологии, и к философии.

В следующей главе речь пойдет об истории жанра автобиографии в американской культуре, о проблемах возникновения, становления, транс­формации, о путях его развития. Особое внимание уделяется автобиогра­фии Генри Адамса и ее значению в американской и мировой литературе.
Примечания:

1. Сплиллер Р. Генри Адамс // Литературная история США. В 3 тт. М.,
1979, т.3


  1. Blackmur R. Henry Adams. N.Y., 1980

  2. Samuels E. Henry Adams. The Major Phase. Cambridge, 1964

  3. Mane R. Henry Adams on the Road to Chartres. Harvard, 1971

  4. Porter C. Seeng and Being // The Plight of the Participant Observer in Emer­son, Jams, Adams and Faulkner.Middletown, 1981

  5. Cooly T. Educated Lives: The Rise of Modern Autobiography in America.

Ohio, 1976
7. Couser G. American Autobiography: The Prophetic Mode. Massachusetts,

1979

8. Wasserstrom W. The Ironies of Progress: Henry Adams and die American
Dream. Illinois,
1984

  1. Decker W. The Literary Vocation of Henry Adams. Carolina, 1990

  2. Cox J. Recovering Literature's Lost Ground: Essays in American Autobiography. Louisiana, 1989

  3. Burr A. The Autobiography. A Critical and Comparative Study. N.Y., 1909

12. Коренева М.М. Генри Адамс // Проблемы становления американской
литературы. М., 1981


  1. Коренева М.М. Генри Адамс // Писатели США. М., 1990

  2. Николюкин А.Н. Живой свидетель истории США. // Адамс Г. Воспита­ние Генри Адамса. М., 1988

  3. Литературная история Соединенных Штатов Америки. М., 1979, т.3

  4. История Соединенных Штатов Америки. М., 1985, тт. 2-3

  5. Стеценко Е.А. Судьбы Америки в современном романе США. М., 1994

  6. Тлостанова М.В. Проблема мультикультурализма и литература США конца ХХ века. М., 2000

  7. Shumaker W. English Autobiography. Materials and Form. Los Angeles,

1954

  1. Mandel B.J. Pull of Life Now // Autobiography: Essays Theoretical and Critical. Ed. by J. Olney. Princeton, 1980

  2. Olney J. Metaphors of Self. The Meaning of Autobiography. Princeton, 1972

  3. Blasing M. K. The Art of Life. Studies in American Autobiographical Literature. Texas, 1977

  4. Rensa L. A. The Veto of the Imagination: A Theory of Autobiography // Autobiography: Essays Theoretical and Critical. Ed. by J. Olney. Princeton, 1980

  5. May G. L. Autobiography. N.Y., 1979.

  6. Starobinski J. The Style of Autobiography // Essays Theoretical and Critical. Ed. J. Olney. Princeton, 1980

  7. Olney J. Autobiography and the Cultural Moment //Autobiography: Essays Theoretical and Critical. Princeton, 1980

  8. Stone A. E. Autobiographical Occasions and Original Acts. Philadelphia,

1982

  1. Gusdorf G. Conditions and Limits of Autobiography // Essays Theoretical and Critical. Ed. J. Olney. Op. cit.

  2. Morris J. Versions of the Self. N.Y., 1966

  3. Couser G. American Autobiography. N.Y., 1984

  4. Марк Твен. Из "Автобиографии". Собрание сочинений в 8 томах. М., 1980, т. 8

  5. Журбина Е. И. Теория и практика художественно-документальных жанров. М., 1969

  6. Howarth W. L. Some Principles of Autobiography // Autobiography: Essays Theoretical and Critical. N.Y., 1980

Глава 1. Автобиография Генри Адамса в контексте национальной художе­ственной культуры

1.1. О роли автобиографизма в истории американской литературы

Закономерен тот факт, что становление американской литературы связано с документальными и художественно-документальными жанрами. Пуритане самые обыденные, повседневные действия и события понимали как знаки высшего и делали выводы о нем через наблюдения за буднич­ным, которое не было отделено от "сферы духа, они связаны единством стоящей за ними надмирной и надличной высшей идеи", - отмечает М.М. Коренева (1.с.145). Первые поселенцы Америки не стремились к созданию монументальных художественных полотен - они запечатлевали процесс формирования новой нации прежде всего путем обобщения опыта реально существовавшей личности или коллектива, используя документальные и художественно-документальные жанры.

Если у истоков европейских литератур был героический эпос - "По­эма о Беовульфе" в Англии, "Песнь о Роланде" во Франции, "Песнь о моем Сиде" в Испании, "Песнь о Нибелунгах" в Германии, - то истоки американ­ской литературы относятся к XVII веку и связаны они с жанрами дневни­ков, мемуаров, путевых заметок, хроник, оставленными первыми поселен­цами Нового Света. Как отмечает Р.Сейр, до того, как американцы начали писать пьесы, романы, стихи, многие из них написали уникальные дневни­ки и автобиографии..." (2.с.146). Это и был своеобразный американский героический эпос, который в отличие от европейского, создавался самими участниками событий. Психология американских первопроходцев весьма точно охарактеризована авторами "Литературной истории США": "Пер­спектива государственной, мореплавательской, экономической, писатель­ской, военной карьеры настолько захватывала этих людей и мгновенно по­глощала их, что они чуть не заявили, что золотые кольца Беовульфа уже обнаружены" (3.с.43).

Дневники, письма и хроники ("Общая история Виргинии, Но­вой Англии и Островов Соммерса" Д. Смита, "История Плимутского посе­ления" У. Брэдфорда, "Дневник" Д. Уинтропа, "Ключ к языку Америки" Р. Уильямса и ряд других произведений) не только содержали сведения о природных условиях Америки и обычаях местного населения. Они отража­ли образ мышления и характер осваивавших новые земли людей. Это было важным шагом на пути создания национальной литературы США. Безус­ловно, определенное влияние на становление американской литературы оказала английская литературная традиция. "Особенно близки американ­ским колонистам были те английские писатели, - пишет Я. Н. Засурский, -которые шли в авангарде борьбы против феодализма" (4.с.10). Прежде все­го это Джон Мильтон, творчество которого отличалось ярко выраженной тираноборческой направленностью.

В противоположность документальным памятникам слова первые появившиеся в Америке романы - "Власть чувства" (1789) Вильямса Хилла Брауна, "Шарлотта Темпл" (1791) Сусаны Роусон, "Кокетка" (1797) Ханны Фостер, главное внимание в которых уделено теме обольщения, - были соз­даны в духе европейского сентиментализма и не несли в себе черт нацио­нального своеобразия. "Всю жизнь Адамс видел, - пишет он в своем "Вос­питании", - как Америка стояла на коленях перед литературной Европой, и на протяжении многих предшествующих поколений - чуть ли не две сотни лет - европейцы смотрели на американцев сверху вниз и разговаривали с ними покровительственно. Это было в порядке вещей" (5.с.382).

Таким образом, в то время, как американская художественная лите­ратура XVIII века зачастую копировала европейские образцы, произведе­ния документальных и художественно-документальных жанров отражали процесс формирования национального характера. По мнению Л.Я. Гинз­бурга, здесь находит проявление одна из закономерностей мирового лите­ратурного процесса, заключавшаяся в том, что "психологические открытия, которые на данном этапе в законченной форме еще невозможны в устояв­шихся, канонических жанрах. возможны уже в пограничных видах лите­ратуры - в письмах, дневниках, мемуарах, автобиографиях" (6.с.76). Психо­логические открытия в американской литературе конца XVIII в. были сде­ланы прежде всего в жанре автобиографии. Справедливы высокие оценки критиков первой значительной американской автобиографии - "Автобио­графии" Бенджамина Франклина (1791), созданной всемирно известным философом, ученым-естествоиспытателем, журналистом, дипломатом. Как показало время, автобиография Франклина явилась не только родоначаль­ницей жанра, но заложила основы всей национальной литературы США. Франклиновская концепция "человека-работника", творца, активно втор­гающегося в общественную жизнь, стала в ней одной из стержневых.

На всем протяжении развития американской литературы, автобио­графический жанр играл в ней активную роль, часто по степени популяр­ности затмевая беллетристику. Этот жанр, дающий возможность автору проанализировать свою жизнь в контексте эпохи, привлекал внимание из­вестных американских писателей - Генри Торо, Марка Твена, Генри Адам-са, Шервуда Андерсона, Теодора Драйзера, Энтона Синклера, Ричарда Рай­та, Эрскина Колдуэлла, Уильяма Дюбуа, Джеймса Болдуина, Уильяма Са-рояна, Лилиан Хеллман и других.

Жанр автобиографии прошел все этапы развития литературного процесса в США. Воплощая эстетические и литературные принципы каж­дой культурной эпохи в соответствии со спецификой своей художественно-документальной природы, жанр автобиографии запечатлел процесс разви­тия не только художественных, но и других форм общественного сознания - политики, философии, морали.

Литературоведы, обращающиеся к истокам американской автобио­графии, в числе первых называют "Мою жизнь" Т. Шепарда (1605-1649), "Автобиографию" Инкриса Мэзера (1639-1723), "Повествование о жизни Джонатана Эдвардса" (1703-1758) и ряд других произведений. Далеко не первой хронологически оказывается в этом ряду "Автобиография" Б. Франклина, но именно ей исследователи отводят главенствующую роль в становлении жанра. Г.Каузер определил принципиальное отличие франклиновского повествования от перечисленных выше: "Франклин, в отличие от своих предшественников по жанру, делает акцент не на анализе природы Бога и его мистическом участии в бытии человека, а на активно­сти самого человека" (7.с.42). В "Автобиографии" Франклина в полной ме­ре отразились особенности эпохи, занимающие столь значительное место в американской истории. Ф.Пейтт, автор труда "Первое столетие американ­ской литературы", заслуженно называет произведение Франклина "Книгой номер один среди книг новой Америки" (8.с.17). В американском ли­тературоведении трудно найти такое исследование автобиографического жанра, в котором не упоминалось бы имя Бенджамина Франклина. Его ав­тобиография изучена в различных ракурсах: как воплощение эстетической программы автора (9), как свидетельство его политических взглядов (10), как одно из американских пророчеств (7). Она проанализирована в различ­ных контекстах - собственно литературном, психологическом (11), истори­ческом (12).

Центральным положением у Франклина выступает концепция лич­ности, ее гражданское начало. Любой человек обязан заботиться прежде всего не о своем благе, а о благе страны. Первый фактор - влияние филосо­фии европейского Просвещения с его духом демократизма, свободы, верой в силу разума, его способность изменить мир. Второй фактор - особенности национального развития США, страны, выходившей в XVIII веке на само­стоятельную дорогу: народившаяся американская нация освобождалась от английского господства. Называя свое повествование "Жизнь Бенджамина Франклина, им самим описанная для сына его", автор подчеркивает свои дидактические цели. Говоря о необходимости для молодого человека изу­чать ремесла, развивать деловые качества, совершенствовать свое духовное начало, Франклин во главу угла ставит формирование гражданских качеств личности. "Автобиография" Франклина полна оптимизма: человек - носи­тель разума, а разум - венец всего, он позволяет человеку достичь любых вершин и целей. Эта мысль станет лейтмотивом всех сочинений американ­ских просветителей, обращенных к молодому поколению.

" Автобиография" Франклина не превратилась в музейную ценность, которую превозносят лишь за то, что она - первое явление подобного жан­ра. Произведение великого просветителя дало импульс развитию автобио­графического жанра на столетие вперед. Идею разумности человеческого существования, основанного на постоянном труде и гармонии с природой, высказанную Франклином, философски углубляет романтик Г. Торо в сво­ей автобиографической книге "Уолден, или Жизнь в лесу" (1854). Отдель­ные положения концепции "Воспитания", предложенные Франклином, на­шли воплощение в автобиографии Генри Адамса - "Воспитание Генри Адамса"(1907). Линию гражданской ответственности личности за судьбу общества, четко подчеркнутую Франклином, заостряет Марк Твен в своей чрезвычайно сложной по проблематике "Автобиографии". Каждое из двух ведущих направлений американской литературы XIX века - романтизм и реализм - дал свой образец автобиографии: "Уолден, или Жизнь в лесу" Генри Торо и "Автобиография" Марка Твена.

Вопрос о жанровой природе "Уолдена" решается литературоведами неоднозначно. Э.Ф. Осипова считает, что произведения Торо - это не про­сто "описание. двухлетнего отшельничества, записки писателя-натуралиста или воспоминания о прожитом, а философское и автобиогра­фическое эссе" (13.с.63). Подобное определение дает "Уолдену" и А.Н. Ни­колюкин (14.с.59). Значительное место определению жанра "Уолдена" от­ведено в статьях С.Н. Кузнецовой (15) и А.И. Старцева (16), посвященных исследованию художественного своеобразия книги.

Являясь художественно-документальным повествованием о важ­нейшем этапе жизни автора, "Уолден",как нам кажется, обладает жанровы­ми признаками автобиографии. Анализ художественной структуры произ­ведения позволяет сделать вывод о тождественности автора и героя. Торо, хотя и довольно скупо, приводит в произведении свои биографические данные, объясняет, по каким причинам он решил поселиться в лесу, и что побудило его взять в руки перо. В этих объяснениях и прямых обращениях рассказчика к читателю происходит столь свойственное произведениям ав­тобиографического жанра "обнаружение автора". Сугубо личностный ха­рактер носит и восприятие Торо всего процесса жизни в лесу. Два года, проведенные писателем в хижине и описанные в "Уолдене", действительно занимают огромное место в его жизни, так как именно в это время реализо­валось его стремление находиться вдали от цивилизации.

Как отметил А.Н. Николюкин, повествование Г. Торо имеет типично философский характер. Кроме того, для него характерны черты романтиче­ской утопии, что проявляется в постоянном осуждении автором не только современной ему Америки, но и цивилизации вообще. Черты утопии в " Уолдене" связаны также с художественным методом Генри Торо и с тем, что его романтизм, как и вся романтическая литература США 30-50-х годов XIX века, приобретает трагическую окраску. Однако понимание автором экспериментаторского характера жизни на берегу Уолдена, постоянно про­рывающейся в повествование, вопреки высказываниям автора, его интерес к людям, реалистический образ самого автора, не позволяют отнести "Уол-ден" к жанру романтической утопии.

На наш взгляд, данное произведение может быть определено как романтическая, точнее трансценденталистская, автобиография. Эту точку зрения отстаивает в дискуссии о месте Торо в американской автобиографи­ческой литературе и Г. Каузер. Обнаруживая в "Уолдене" тщательный от­бор материала, глубокую символику, стремление к идеализации образа по­вествователя, Г. Каузер соглашается с тем, что это произведение не являет­ся автобиографией в общепринятом смысле. Однако реальность личности автора и изображаемого окружения, правдивые комментарии ясно говорят, по его мнению , о жанровой принадлежности книги. Исследователь опре­деляет "Уолден" как трансценденталистскую автобиографию с "характер­ным для этого литературного жанра, стремлением к отражению жизни в ее настоящем как процесса" (7.с.63).

Мысль о том, что "Уолден" не укладывается в привычную схему, высказывает и Томас Кули (11.с.13). Автобиографией считает "Уолден" и М. К. Блейзинг. Те, кто отказывают произведению в принадлежности к это­му жанру, считает она, основывают свое мнение на "урезанном определе­нии" автобиографии. Полемизируя с теми, кто считает автобиографиче­скую форму "Уолдена" лишь маской для автора, повествующего в действи­тельности об открытии личности, М. К. Блейзинг отрицает подобного рода трактовки. "Они приравнивают автобиографию к фактическому репортажу, - считает исследователь, - забывают о том, что названный жанр всегда свя­зан с самораскрытием личности" (12.с.2.)

Восприняв просветительскую идею "естественного человека", ро­мантики логически развили ее до идеи "вселенского человека". Централь­ная коллизия литературы XVIII века - человек и общество - была признана ограниченной и заменена в романтизме коллизией личность - вселенная. Если Франклин в "Автобиографии" прослеживает процесс становления гражданина, то Торо стремится освободить человека от общественных свя­зей, которые он считает оковами, и приблизить его к вселенной.

Рационалистической упорядоченности Франклина Торо противо­поставляет свободу от какой бы то ни было иерархичности. Он доказывает относительность "вечных" истин и упрекает человечество в том, что оно слишком "основательно" живет. Если Франклин постоянно стремится ов­ладеть достижениями цивилизации, то Торо уходит в мир "простых" вещей. Отсутствие "мгновений" в "Автобиографии" Франклина и пронизанность ими автобиографии Торо связаны с глубоко различным отношением авто­ров к человеческой жизни. Для Франклина она еще не стала неповторимой ценностью, для Торо жизнь - высший дар. Отсюда его горечь при виде за­крепощенного человека.

Антикапиталистическая направленность со времен "Уолдена" ста­новится одной из основных закономерностей жанра автобиографии в аме­риканской литературе. Ею пронизана и "Автобиография" Марка Твена. Трактовки гражданского долга, концепции личности у Франклина и Твена обусловлены своеобразием художественного метода, индивидуальными особенностями писательской манеры, разными историческими эпохами. И Франклин, и Торо запечатлели, по замечанию Дж. Кокса, две полярные эпохи национальной истории: "радужную эпоху буржуазного развития и начало его кризиса" (10.с.143). Однако, "Автобиография" Твена имеет не­мало точек соприкосновения с франклиновской. Твен наследует у него та­кие приемы автобиографического повествования, как ориентированность на читателя и введение документов. В жизни Франклина и Твена, воссоз­данной в их автобиографиях, много сходных эпизодов: странствия, безде­нежье, работа в типографии, занятие литературным трудом. Твен, так же как и Франклин, предстает в "Автобиографии" достойным гражданином, глубоко обеспокоенным судьбой своей страны. Одной из основных у Твена становится идея детерминированности человека средой, в то время, как Франклин, согласно эстетической концепции просветительского реализма, сводит общественное влияние на человека к влиянию идей, мнений, про­свещения и, в конечном счете, обосновывает поступки героя не средой, а разумом. Он уверен, что для совершения великого дела достаточно соста­вить хороший план и выполнять его. Точка зрения Марка Твена на этот во­прос прямо противоположна.

" Автобиография" Твена - это непрекращающаяся острая полемика с философией и художественным опытом Просвещения, в которой всесто­ронне проявляется его талант сатирика. Прежде всего Твен высмеивает се­бя. Он иронизирует над своими детскими религиозными предрассудками, над своими скитаниями, над своей славой писателя - то есть над всем тем, к чему Франклин относится уважительно. М. Твен часто выставляет себя в невыгодном свете, рассказывает о комических ситуациях, в которых чувст­вовал себя неловко. Его стремление постоянно иронизировать над собой продиктовано не только тем, что приписывание себе всяческих недостатков - один из любимых приемов Твена-юмориста. Он кардинально отличается от Франклина, предлагающего в "Автобиографии" идеал героя, относяще­гося к себе с гипертрофированным почтением, тем, что создает образ живо­го человека. Реализм XIX века создал новый принцип рассмотрения чело­века: тип не накладывается на жизнь извне, а выводится из нее. Именно этому принципу следовал в своем произведении М. Твен. Прошлое в его " Автобиографии" пронизано настоящим. Для повествования Твена харак­терна та временная объемность, которая практически отсутствует в произ­ведении Франклина, и которая станет неотъемлемой чертой художествен­ной автобиографии в американской литературе ХХ века.

" Серьезным вкладом в углубление мироощущения личности" (2) явилась опубликованная в 1907 году автобиография писателя, философа и дипломата Генри Адамса. Говоря о новаторстве Адамса в истории жанра автобиографии, Т. Кули подчеркивает, что оно прежде всего заключалось в изображении характера как постоянно меняющегося, текучего явления, на­ходящегося под постоянным воздействием внешних сил. С книги Адамса, считает исследователь, в США начинает существовать новая автобиогра­фия, которая, в отличие от автобиографии Франклина и автобиографии XIX века, прослеживает не культивацию, а воспитание характера (11.с.22).

Некоторые американские исследователи (в частности, М. Старки) не согласны с определением "Воспитания" как автобиографии. Книга, безус­ловно, автобиографична, пишет Старки, но по замыслу Адамса, описание его личного опыта должно входить в повествование только так, как входит "автопортрет художника в созданное им многофигурное полотно" (17). Эту точку зрения он подтверждает тем, что пересказывая историю своей жизни, Адамс делает значительные пропуски. На наш взгляд, доводы, приведен­ные М. Старки, не являются препятствием для определения анализируемой книги как автобиографии. Они подтверждают одну из существенных осо­бенностей жанра автобиографии ХХ века, в котором акцент делается на анализе духовного становления личности, рассматриваемой в широком контексте окружающего мира.

Адамс нарочито объективирует процесс формирования собственно­го "я", выбирая форму повествования от третьего лица. Р. Спиллер вполне оправданно называет "Воспитание Генри Адамса" портретом, "спроециро­ванным на экран для анализа и изучения" (18.с.175). Выбор подобной фор­мы повествования не случаен - он соответствует авторской концепции че­ловека как объекта скрупулезного исследования. "Со времен "Исповеди" Жан-Жака Руссо и, в основном, благодаря ему, личность, - с точки зрения Генри Адамса, - становится моделью, и модель эта должна быть изучена так же, как любая геометрическая фигура" (19). Квалифицируя иронию Адамса как нигилизм, а его желание познать смысл человеческой жизни как желание доказать ее бессмысленность, Р. Спиллер называет автобио­графию Адамса "описанием одного крушения", историей, "завершившейся пророчеством всеобщего распада" (18.с.174). Однако, несмотря на это, Спиллер называет "Воспитание" произведением, "наполненным глубоким гуманистическим смыслом" (18.с.189).

С Генри Адамсом в американской литературе связано зарождение так называемой "автобиографии духа", представленной в дальнейшем име­нами Шервуда Андерсона ("История рассказчика", 1924); Уильяма Сарояна ("Не умирать", 1963 и "Дни жизни и смерти и бегство на Луну", 1970); Ли­лиан Хеллман ("Незавершенная женщина", 1969) и рядом других. Как уже отмечалось, для Генри Адамса центральной проблемой его произведения стала духовная эволюция главного героя. Он не просто стремится создать масштабную картину жизни американского народа на протяжении не­скольких десятилетий (и себя внутри нее), но и ставит своей целью рас­смотрение событий американской истории в контексте мировой, всеобщей истории. Подобный ракурс видения границ автобиографического повество­вания положил начало новому философскому направлению в художествен­но-документальной литературе США.
1.2. "Воспитание Генри Адамса": Библия или песнь об Апокалип­сисе?
Каково значение книги Адамса в американской культуре и чем она привлекает современного читателя? "Со временем "Воспитание", как любое выдающееся произведение, стало объектом мифологизации, - считает А. Н. Николюкин. - Произошло определенное переосмысление книги, пре­вратившее ее в памятник литературы, наполненный некоего скрытого, про­роческого смысла"(20.с.604). Несмотря на пессимизм и глубокое разочаро­вание автора в высоких гуманистических идеалах американской демокра­тии, книга учит непреходящим, общечеловеческим истинам, придающим ей "сверхтекстовое содержание"(20.с.604). Благодаря этому "Воспитание" стоит в одном ряду с лучшими образцами литературы США.

С наибольшей глубиной художественное дарование Адамса, по мнению большинства исследователей его творчества, проявилось именно в

" Воспитании". В основе этого обширного автобиографического повество­вания лежит идея о том, что развитие человечества шло от целостности и единства человеческого сознания и бытия в прошлом (в эпоху высокого Средневековья (XI-XIII вв.)) к множественности и раздробленности созна­ния и бытия людей ХХ столетия. Два знаменитых произведения Адамса, "Мон-Сен-Мишель и Шартр" и "Воспитание Генри Адамса" стали наиболее полным выражением взглядов мыслителя.

По замыслу автора "Воспитание" должно было стать продолжением написанного в 1904 году исследования ("Мон-Сен-Мишель и Шартра"). В течении трех лет Адамс работал над рукописью. Впоследствии он сам не­однократно вспоминал, что процесс написания был крайне сложен и мучи­телен. Не один раз "Воспитание" подвергалось коренной переработке. В 1907 году, отпечатав книгу в количестве 40 экземпляров, Адамс рассылает " Воспитание" друзьям и знакомым, о которых упоминалось в книге, с просьбой внести замечания и поправки. Некоторые "корректоры" откро­венно заявляли о нежелании возвращать книгу автору с пометками или без них. В письме к Г.О.Тейлору Адамс сетует на подобное отношение друзей к возложенной на них миссии: "Исправленные экземпляры давно должны были вернуться ко мне, но мало кто выполнил свое обещание... Теодор Руз­вельт и вовсе отказался возвращать книгу... С каждым днем я все больше убеждаюсь в том, что подобного рода исправления бессмысленны. Ведь книга не претендует ни на что, кроме единственной цели - воспитать се-бя"(21.с.365). Однако в 1915 году автор подготовил новый отредактирован­ный макет "Воспитания", опубликовать который распорядился после своей смерти. В 1918 году Массачусетская ассоциация историков издает книгу с предисловием Адамса, подписанным его другом и учеником Генри Кэбо-том Лоджем. Книга имела большой успех и стала неотъемлемой частью культуры США не только благодаря своим литературным достоинствам: она выразила сокровенные мысли и стремления американцев на пороге ХХ столетия.

" Воспитание" - произведение сложное и многоплановое. Само на­звание книги заключает в себе массу смысловых оттенков. "Education" можно трактовать и как "образование", и как "просвещение", и как "разви­тие каких-либо способностей", и даже как "дрессировку". Причем каждое из перечисленных значений вполне уместно, когда речь идет о какой-то от­дельной части автобиографии. Например, в начале книги Адамс подробно описывает тот классический вариант
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   14
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации