Вестник Южно-Уральского государственного университета 2007 №04 (76). Серия Право Выпуск 9 - файл n1.rtf

Вестник Южно-Уральского государственного университета 2007 №04 (76). Серия Право Выпуск 9
Скачать все файлы (3229 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.rtf3230kb.31.03.2014 00:35скачать

n1.rtf

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25



Редакционная коллегия: д.ю.н., проф. Кудрявцева А.В. (отв. редактор), к.ю.н., доц. Дмитриева А.А. (отв. секретарь), д.ю.н., проф. Майоров В.И., к.ю.н., доц. Кванина В.В., д.ю.н., проф. Макарова З.В., кю.н., доц. Шафикова Г.Х., к.ю.н., доц. Петров А.В., к.ю.н., доц. Демидова Г.С, д.ю.н., проф. Нижник Н.С.
СОДЕРЖАНИЕ
От редакционной коллегии 3

Проблемы и вопросы теории и истории государства и права

АССАНОВ Е.В. Из истории демократических преобразований в СССР - постсо-
ветской России 4


ДОБРЫНИН Е.Ю. К вопросу о понимании функции государства 10

КАМАЛОВА Г.Т. Организационно-правовые основы деятельности советской ми-
лиции (1920-1923 гг.)
15

ЛИХОЛЕТОВА СВ. «Человек, его права и свободы - высшая ценность» как кон-
ституционная основа правового статуса личности 20


НОВИКОВА Ю.С. Особенности регламентации правовых состояний в современ-
ном российском праве
22

ТЕМЯКОВ И.А. Правовое воспитание - основное направление деятельности по
формированию правовой культуры военнослужащих 29



Содержание

ФАБРИКА И.В. Правовая культура: от истоков к основаниям 34

ЮНУСОВ А.А. Правопорядок, общественный порядок и права человека 37

Проблемы и вопросы уголовного права, уголовного процесса и криминалистики

АБДИРОВА Г.А. Борьба с легализацией денежных средств и имущества, приобре-
тенного незаконным путем 41


БЕЛЯЕВА И.М. Объективные признаки преступления, предусмотренного ст. 143
УК РФ 44


ДАРОВСКИХ СМ. Еще раз о судебном контроле в досудебных стадиях уголовно-
го процесса 48


ДМИТРИЕВА А.А., ГОРЛОВА СВ., БЕЛЕХОВ П.А. Право на реабилитацию по
делам частного обвинения как неотъемлемое право граждан 53


ГРИШАНКОВА Е.С Понятие и содержание процесса доказывания в уголовном
процессе 56


ЗИГУРА Н.А. Использование специальных знаний для обнаружения, изъятия,
фиксации и закрепления энергозависимой компьютерной информации 61


ИВАНОВА Л.Ф. Некоторые познавательные и психологические приемы, приме-
няемые при опознании 66


КЛАССЕН А.Н., ЖУНЬКОВ М.А. Зарубежное законодательство о необходимой
обороне 73


КОЧЕТОВ А А.В. Приостановление производства по уголовному делу в связи с
направлением запроса в Конституционный Суд Российской Федерации 78


КУДРЯВЦЕВА А.В. Дискуссионные вопросы назначения и проведения экспертиз
в уголовном процессе России 83


МОРОЗКОВ В.А. Криминологические аспекты профилактики преступлений в
сфере миграции 96


ТЕТЮЕВ СВ. Допрос несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого): срав-
нительный анализ УПК РСФСР 1960 г. и УПК РФ 2001 г 101


Проблемы и вопросы гражданского права

ДЕМИДОВА Г.С Формирование гражданского общества в России и развитие
гражданского законодательства РФ 106


КВАНИНА В.В. Гражданско-правовое регулирование отношений в сфере высшего
профессионального образования
ПО

НИКОЛИШИН Р.В. Проблемы документального сопровождения грузоперевозоч-
ного процесса на железнодорожном транспорте
116


© Издательство ЮУрГУ, 2007

от редакционной коллегии

Уважаемые читатели!
Предлагаем вашему вниманию девятый выпуск серии «Право» научного журнала «Вестник ЮУрГУ». Материалы, отобранные редакционной коллегией для публикации в нем, распределены по нескольким тематическим разделам: «Проблемы и вопросы теории и истории государства и права», «Проблемы и вопросы уголовного права, уголовного процес­са и криминалистики», «Проблемы и вопросы гражданского права».

В данный выпуск вошли статьи профес­сорско-преподавательского состава юриди­ческого факультета ЮУрГУ, ЧЮИ МВД, Академии МВД Республики Казахстан, а также статьи аспирантов и соискателей.

Редакционная коллегия благодарит всех авторов, присылающих материалы для пуб­ликации, за плодотворное сотрудничество.

Со второго полугодия 2007 года на Вестник ЮУрГУ серии «Право» можно бу­дет осуществить подписку через объединен­ный каталог «Пресса России».

Проблемы и вопросы теории и истории государства и права
ИЗ ИСТОРИИ ДЕМОКРАТИЧЕСКИХ ПРЕОБРАЗОВАНИЙ В СССР -ПОСТСОВЕТСКОЙ РОССИИ
Е.В. Ассанов, кандидат юридических наук, член Российской криминологи-

ческой ассоциации

Многовековая история России представ­ляется нам как цепь перманентных трагиче­ских событий: войны и перевороты, бунты и засилье временщиков, гибель миллионов со­отечественников по вине бездарных правите­лей; экологические и техногенные катастро­фы и т.п. Любая другая страна давно бы пре­кратила свое существование как единое суве­ренное государство, однако в том и состоит уникальность России, что она сумела пере­жить все это и даже такое глобальное потря­сение, как распад СССР. Более того сегодня можно с большой долей уверенности пола­гать, что Российская Федерация, обладающая колоссальными природными ресурсами, в кратчайшие сроки восстановит свое былое величие. Но окончательно подняться Россия сможет только в том случае, если команда гра­мотных, перспективно мыслящих руководите­лей, отрешившихся от корыстных устремле­ний, сумеет консолидировать вокруг себя эли­ту гражданского общества и шаг за шагом по­ведет обновленную державу к построению подлинно демократического, свободного от коррупции и мздоимства государства.

Разочаровавшись в марксизме-лениниз­ме, большинство людей и общество потеряли ориентацию в окружающем мире - перестали понимать действительную суть происходяще­го вокруг них. А потому лишились возможно­сти осмысленно существовать и действовать. Так, в нашу страну в очередной раз пришло смутное время - эпоха торжества антагонизма и эгоизма в отношениях между людьми, а также оголтелого правового нигилизма.

Все последние годы страна уменьша­лась, потеряла статус сверхдержавы и одного из лидеров мирового сообщества.

Причина неудач всех наших реформ про­ста - для выхода из мировоззренческого кри­зиса нужны не реформы, а новая идеология. Реформы требуются только потом, чтобы пе­рестроить общество в соответствии с новыми представлениями об его устройстве и предна­значении. И создать благоприятные условия, которые позволят людям в повседневной жизни и деятельности пользоваться предпи­сываемыми новой идеологией нормами мора­ли и нравственности.

Парадоксом нашей новейшей, а точнее сказать - постсоветской истории, является то, что совершая демократические преобразова­ния, мы наделали кучу невероятных, ужасных и губительных прежде всего для самой демо­кратической доктрины поступков, которые, если взглянуть на них непредвзято, со сторо­ны, напоминают нечто между большевист­ским «грабь награбленное» либо откровен­ным саботажем всему новому, прогрессивно­му и передовому. И вот, преодолевая весь этот негатив и откровенные преступления, наши руководители постоянно держат «хоро­шую мину при плохой игре». Иначе не пой­мут, не поверят, не примут в очередную «цифру» (восьмерку, девятку...). Да, к сожа­лению, мы зависимы, зависимы от многих внутренних обстоятельств, а еще больше - от внешних.

Для того, чтобы правильно оценить те демократические процессы, которые нача­лись и продолжаются в Российской Федера­ции, следует найти отправную точку этих процессов. Необходимо понять, что этап перехода от тоталитаризма эпохи Сталина к событиям, происходящим после принятия Конституции РФ 1993 г., был весьма дли­тельным, а также переосмыслить действия некоторых политических фигур в нашей но­вейшей истории. Без этого мы не сможем получить исторически достоверную картину событий, отразившую всю ту жесточайшую борьбу, позволившую нам сделать рывок от России тоталитарной к России - развиваю­щейся демократии.

Предчувствуем, что многие «специали­сты» от демократии поднимут страшный шум, если услышат от нас то, что начало демокра­тических преобразований в России следует искать в... сталинском СССР.

«Фактически борьба против крайностей сталинизма началась еще в сталинские годы задолго до... доклада Н. Хрущева на двадца­том съезде КПСС. Она шла в недрах совет­ского общества. Доклад Н. Хрущева был не началом десталинизации, а итогом начавшей­ся борьбы за нее в массе населения. Н. Хру­щев использовал фактически начавшуюся десталинизацию страны в интересах личной власти. Придя к власти, он отчасти способст­вовал процессу десталинизации, а отчасти приложил усилия к тому, чтобы удержать его в определенных рамках. Он все-таки был од­ним из деятелей сталинской правящей вер­хушки. На его совести преступлений стали­низма было не меньше, чем на других бли­жайших сподвижниках Сталина. Он был ста­линистом до мозга костей. И даже десталини­зацию проводил волюнтаристскими сталин­скими методами. Десталинизация была слож­ным и противоречивым процессом. И нелепо приписывать ее усилия воле одного человека с интеллектом среднего партийного чиновни­ка с повадками клоуна»'.

«Мне думается, - пишет О. Попцов, -многие неудачи, которые нас постигли в пе­риод первых реформации, объясняются тем, что Хрущев не смог достаточно точно про­анализировать состояние партии в тот мо­мент, когда он ее возглавлял, живучесть в ней авторитарных тенденций»2.

Надо отдать должное Н. Хрущеву. Да, малограмотному, да, шутовскому, но кто еще в те страшные времена взял бы на себя ответственность фактически на весь мир объявить о том, что великий тиран Сталин был, по сути, величайшим преступником всех времен и народов, человеком, которого мало что отличало от таких монстров Запа­да, как Гитлер, Муссолини, Франко... Далее мы несколько подробнее рассмотрим, как проходил тот памятный XX съезд КПСС, который, стал предтечей начала колоссаль­ной по трагизму борьбы с утопической тео­рией коммунизма и началом того процесса, который многие годы спустя позволил на­чать работу по созданию в России демокра­тического правового государства.

«Хрущевский «переворот», несмотря на то, что и он был верхушечным с точки зре­ния смены личностей у власти, был прежде всего переворотом социальным»3.

XX съезд КПСС открылся 14 февраля 1956 г. С отчетным докладом ЦК на нем вы­ступил Н. Хрущев. Надо отметить, что доклад Н. Хрущева был принят не на «ура», была очень жесткая дискуссия. На следующее утро, на закрытом заседании, Н. Хрущев зачитал свой доклад «О культе личности и его послед­ствиях». В течение нескольких часов делегаты внимали его словам о взаимоотношениях Ле­нина и Сталина в конце 1922 - начале 1923 гг., об аресте и расстреле подавляющего боль­шинства делегатов XVII партийного съезда и 70 % избранных на нем членов и кандидатов в члены ЦК, о некоторых обстоятельствах убийства Кирова, о данной Сталиным санк­ции на «применение физического воздейст­вия... в отношении явных и неразоруживших­ся врагов народа». Напряжение в зале нарас­тало. А Н. Хрущев докладывал им все новые и новые факты, свидетельствующие о бесчело­вечной, преступной сущности того, кто три десятилетия руководил партией и страной.

Президиум ЦК 5 марта 1956 г. предло­жил партийным комитетам ознакомить с док­ладом Н. Хрущева «О культе личности и его последствиях» всех коммунистов и комсо­мольцев, а также беспартийный актив рабо­чих, служащих и колхозников. Однако реак­ция на ознакомление с этим докладом оказа­лась не совсем такой, на какую Н. Хрущев рассчитывал.

Отметим вкратце: чтобы не допустить эскалации критики культа личности Сталина, перерастания ее в переоценку истории партии и страны, достижений советской власти, что­бы ввести эту критику в определенные, строго регламентированные рамки, пришлось спеш­но разрабатывать и публиковать специальное постановление «О преодолении культа лич­ности и его последствий». В нем утвержда­лось, будто ошибки, допущенные Стали­ным, хотя и нанесли ущерб обществу и за­тормозили его развитие, но «не увели его в сторону от правильного пути развития к коммунизму».

Но джин из бутылки уже был выпущен.

Желающих внимать столь потрясающим откровениям было столько, что их не могла вместить ни одна аудитория.

В верхах не было полного согласия от­носительно того, как лучше всего реагиро­вать на этот вызов. Может быть, пойти на некоторые уступки общественности?

Семена правды были брошены на благо­датную почву. Они в скором времени должны были дать обильные всходы, и колос комму­нистической доктрины оказался бы всего лишь карточным домиком, рухнувшим от ду­новения легкого ветерка правды. Но время это еще не пришло. В истории не бывает так, как в ресторане: «...чего изволите...». Должно было пройти время для того, чтобы (по Лени­ну) идея овладела миллионами. Время это пришло в конце 80-х.

В воспоминаниях Н. Хрущева есть слова, в определенной мере раскрывающие его по­зицию по отношению к событиям после XX съезда. Он признавал, что за три года после смерти Сталина «мы не смогли разорвать с прошлым, мы не могли набраться мужества, внутренней потребности и приоткрыть полог и заглянуть, что же там, за этой ширмой. Что кроется за тем, что было при Сталине... Мы сами, видимо, были скованы своей деятельно­стью под руководством Сталина, еще не осво­бодившись от его давления»4.

Многие историки задавались вопросом: почему же Н. Хрущев стал нивелировать про­цесс десталинизации? На наш взгляд, прежде всего потому, что, сказав правду (а открыть в то время «засекреченные страницы истории» мог только человек ранга Н. Хрущева), о кон­кретных преступлениях Сталина, он в какой-то момент испугался последствий своего ис­торического поступка, ибо в обществе нача­лась открытая дискуссия о характере самой системы. Н. Хрущев также никогда не забы­вал и о своей личной вине в репрессиях. И, наконец, перед ним была мощная оппозиция из правящей элиты, включая таких «монст­ров», как Молотов, Каганович, Маленков и др. Он, по сути, играл в «русскую рулетку» и слава богу, что один единственный патрон оказался не у его виска.

Безусловно, путь к прогрессу долог и не­имоверно тяжел, когда мы говорим о подвиге Хрущева, мы можем согласиться с А. Яковле­вым: «Когда я говорю о подвиге Хрущева, то отношу к нему лично:

- в-третьих, поиск возможностей взаи­мопонимания и сотрудничества на междуна­родной арене, появление первых, пусть и не­больших, пробоин в «железном занавесе»... «В истории не всегда легко понять, где, когда и зачем Зло перевешивает Добро, и наоборот. То и другое частенько ходят вместе, парой. Так и тут. Н. Хрущев чувствовал неладное, но не понимал, что сам мечется в темной комна­те, надрывается на тупиковом пути. И все же хрущевский шаг - от дикости к цивилизован­ности, от животных инстинктов к просветле­нию разума, от иррациональности к ответст­венности - взбудоражил общество, что объек­тивно послужило делу свободы»5.

«... Вирус хрущевских перемен сделал свое дело. Именно в этот период в партию пришли силы, не приемлющие авторитар­ность, это было поколение, политическое соз­нание которого формировалось в период раз­венчания идолов. Потом начался длительный откат назад, но вирус сопротивления уже был занесен в среду партии. И не случайно. Имен­но поколение шестидесятников является сего­дня опорой перемен. Им есть с чем сравни­вать. А это не так мало. Подобный историче­ский экскурс необходим. Хрущевским рефор­мам не хватило не только последовательно­сти, им не хватило интеллектуальной среды»6.

Но погибла ли окончательно сталинская система, или мертвые еще крепко держат за горло живых?

Н. Хрущев рассматривал свою критику Сталина не как акт возмездия (мертвые сраму не имут), а как акт покаяния и личного подви­га. И только к концу своей деятельности он стал понимать, что дело не сводится к лично­сти, - нужны серьезные перемены в самой системе власти - экономические и политиче­ские. Вместе с А. Косыгиным он задумал про­вести специальный пленум по экономической реформе. И по собственной инициативе ут­вердил принцип коллективного руководства партией и стал его первой жертвой. Он сказал на октябрьском пленуме 1964 г., когда его ос­вобождали «по собственному желанию», зна­менательные слова: «то, что вы имеете воз­можность просто снять меня со всех постов, говорит о демократических принципах пар­тии, которые мне удалось провести. «Попро­бовали бы снять Сталина!»7.

К эпохе оттепели восходят истоки За­ключительного акта в Хельсинки, который закрепил итоги Второй мировой войны и дек­ларировал новые международные отношения, экономическое сотрудничество, обмен ин­формацией, идеями, людьми. И далее - «Хру­щев, к сожалению, так и не сумел полностью выбросить из головы фанатизм цели, для ко­торой годятся любые средства. Сталинское поколение верило в близкое торжество ком­мунизма в нашей стране и еще в полутора де­сятках окрестных стран. Поэтому гибель ка­ких-то десяти, двадцати миллионов необхо­дима и оправдана.

Брежневское поколение оправдывало по­давление инакомыслия, привилегии и корруп­цию могуществом супергосударства, воору­женного термоядом, которое может вмешать­ся в любое событие в мире... Каждый новый руководитель как бы заново испытывал род опьянения величием задач, возложенных на него историей.

Н. Хрущев - единственный руководи­тель советского государства, который не был похоронен у Кремлевской стены. И не случайно - он был прямым предтечей Ново­го Времени»8.

Возьмем на себя смелость утверждать, что именно с возвышением М. Горбачева (в 1985 г.) в СССР начался первый период демо­кратических преобразований.

«Когда некоторые демократы (по при­знаку власти) пытаются отбросить в сторону то, что происходило до 1991 г., они соверша­ют не только фактическую, но и нравствен­ную оплошность. Они пытаются как бы уда­лить из памяти тот факт, что мятеж 1991 г., возглавляемый верхушкой КГБ и КПСС, был направлен именно против Перестройки, про­тив реформ, а не против новой российской власти, хотя, конечно, эта власть была столь же ненавистна мятежникам, как и горбачев­ская. За эту деформацию оценок несет ответ­ственность в первую очередь бывший прези­дент Б Ельцин, который из-за личной непри­язни к М. Горбачеву как бы «дал указание» демократическую историю России начинать с 1991 г. Видимо, в круговерти страстей он так и не понял, что историю обвести вокруг паль­ца невозможно. История - это не М. Горбачев и не Б. Ельцин. История любит покапризни­чать и поерничать, но к «вождям» относится часто иронически, хотя сама их и пестует. Впрочем, даже нашумевшая речь Б. Ельцина в октябре 1987 г. была посвящена критике низ­ких темпов развития именно Перестройки, защите ее принципиальных основ»9.

В 1985 г. с приходом к высшей власти М. Горбачева был завершен, по мысли

А. Зиновьева? брежневско-горбачевский пе­риод в результате переворота 1991 г., возглав­ленного Б. Ельциным. «Многие, - как пишет далее А. Зиновьев, - считают его периодом старения и естественной смерти русского коммунизма. Это грубая ошибка или скорее умышленная фальсификация истории. Рус­ский коммунизм был молодым социальным явлением. Он еще только вступал в период зрелости, еще не проявил все заложенные в нем потенции. Его жизнь была искусственно прервана усилиями внешних врагов и внут­ренних предателей и коллаборационистов. Он был убит в самом начале зрелой жизни»10.

Во главу угла экономической модерни­зации М. Горбачев поставил новую инвести­ционную и структурную политику, которая предполагала перенести упор с нового строи­тельства, покончив тем самым с разоритель­ной практикой «долгостроев» и «незаверше­нок», на техническое перевооружение дейст­вующих предприятий и производств. Задачей № 1 было признано ускоренное развитие ма­шиностроения, в котором усматривалась ос­нова быстрого перевооружения всего народ­ного хозяйства. Программа «ускорения» предполагала опережающее (в 1,7 раза) разви­тие машиностроения по отношению ко всей промышленности и достижение ею мирового уровня уже в начале 90-х гг. Но ни в одном из партийных документов, ни в одном из офици­альных расчетов не говорилось, что для дос­тижения цели «догнать Америку» за пять лет в важнейшей отрасли необходимо было, что­бы производство оборудования для самого машиностроения развивалось в сравнении с ним еще в два раза быстрее. Советской эко­номике это было совершенно не под силу. Предпринятые массированные денежные, в том числе валютные, вливания в машино­строение не дали эффекта ни через год, ни через два после провозглашения его приори­тетным.

В командно-административной стратегии ускорения особое значение приобретала кад­ровая политика. Направление кадровой поли­тики заключалось в отстранении от властных постов политических противников Горбачева и его курса. Один за другим были смещены Г. Романов, В. Гришин, В. Щербицкий, Д. Ку­наев, Г. Алиев, другие партийные бонзы. Чи­стка коснулась также среднего и нижнего зве­на партноменклатуры: наибольшую извест­ность получило кадровое «очищение» в Мо­скве, где Б. Ельцин за один год сместил прак­тически всех партаппаратчиков, лояльных по отношению к В. Гришину. К началу 1987 г., по подсчетам американской газеты «Вашинг­тон пост», было заменено 70 % членов По­литбюро, 60 % секретарей областных партий­ных организаций, 40 % членов ЦК КПСС брежневского «набора».

Второй период начался с момента распа­да СССР в декабре 1991 г. после подписания тремя руководителями бывших советских республик России, Украины и Белоруссии в Беловежской Пуще соответствующего доку­мента.

Данный период был переходным - вре­менем подготовки основного закона государ­ства, заложившего основы демократических институтов в стране. Период постоянной жес­точайшей борьбы Президента России с Пар­ламентом России. В конце 1993 г. этому про­тивостоянию наступил конец. Увы, цена была очень дорогой. «Сегодня, - констатировал тогда В. Зорькин, - девственная белизна де­мократических знамен густо заляпана грязью лжи и коррупции «демначальства», более того залита кровью погибших в Москве во время октябрьской бойни. Попраны элементарные нормы выборной системы (позволяющей се­годня «побеждать» тем, за кого отданы голоса 5-10 % избирателей), под улюлюканье поли­тической клоаки растоптано достоинство Конституционного Суда, парализована про­куратура, правоохранительные органы полу­чили отчетливо «начальствоохранный» отте­нок. Среднестатистический российский граж­данин при звуке слов «плюрализм», «глас­ность», «народовластие» в лучшем случае уг­рюмо отворачивается (чаще всего его реак­цию не позволяет воспроизвести на страницах печати чувство элементарных приличий)»11.

Результат - захват всей полноты власти командой Б. Ельцина. Однако Б. Ельцин и его ближайшее окружение прекрасно понимали, что необходимо каким-то образом легализо­вать ситуацию с расстрелом парламента. Та­кой легализацией стала «воля народа» на де­кабрьском референдуме 1993 г. по принятию новой Конституции РФ. «По новой конститу­ции Президент обладает неизменно большей властью, чем раньше. Возможно, она так ве­лика, что постичь, переварить ее, сделать не созерцательной, а работающей оказалось не просто»12. Некоторые авторы откровенно не поняли, или не смогли понять, что демокра­тический процесс в России, пусть медленно, но начался.

«Демократическая в глазах западного мира Россия по своей Конституции является страной авторитарного режима, причем вы­строенной под психологию конкретного по­литика - Ельцина»13.

И тогда и сегодня мы вряд ли согласимся с этим выводом, так как Конституция РФ 1993 г. существует в неизменном виде и после Б. Ельцина, следуя логике И. Олейника, она должна была бы каким-то образом измениться (может быть, частично) с избранием нового президента - В. Путина. Однако этого не про­изошло.

Можно частично согласиться с В. Нерсе-сянцем: «Это авторитарный режим, если рас­сматривать практику осуществления публич­но-властных полномочий и принять во вни­мание нарушение принципа разделения вла­стей и фактическое доминирование президен­та в политическом процессе, преобладание произвольно-приказного регулирования над правовым»14. Еще раз хотелось бы напомнить: Россия как правовое, демократическое госу­дарство возникла не на пустом месте, она не­сет в себе все изъяны политики прошлого то­талитарного режима, и сегодня, спустя полто­ра десятка лет с начала новой эры в россий­ской государственности (а тем более если на­помнить, что это говорилось в середине 90-х гг.), так категорично утверждать о тотальном авторитаризме в России, на наш взгляд, было бы не совсем корректно.

Третий период (1993-1999) ознаменовал­ся строительством правовых основ демокра­тического правового государства в Россий­ской Федерации.

Однако некоторые историки высказыва­лись в том плане, что Б. Ельцин вовсе не хо­тел продолжения реформ. «Получив желан­ную власть, он вполне логично остановился. Его главная цель была достигнута, и ему нуж­но было тихо «спустить на тормозах» те пре­образования, которые начал не он, а М. Гор­бачев. И которые были по духу чужды пар­тийно-хозяйственной номенклатуре, которая страшно боялась потерять привычный еще с советских времен тотальный контроль за всем и вся, боялась, что станет никому не нужной и потому не сможет зарабатывать деньги на «решение вопросов» в обход законов, специ­ально принятых как раз для того, чтобы ни у кого ничего не получалось, пока они не при­дут с поклоном «ломать шапку» перед чинов­ником. Боялась, что в хаосе реальной демо­кратии не сможет гарантированно передать

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   25
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации