Егошина О., Смелянский А. (ред-сост.), Удальцова З. (ред.) Режиссерский театр: от Б до Ю. Разговоры под занавес века. Выпуск 1 - файл n1.rtf

Егошина О., Смелянский А. (ред-сост.), Удальцова З. (ред.) Режиссерский театр: от Б до Ю. Разговоры под занавес века. Выпуск 1
Скачать все файлы (475.9 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.rtf3666kb.04.07.2013 17:10скачать

n1.rtf

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42
Режиссерский театр: От Б до Ю: Разговоры под занавес века / Ред. сост. А. М. Смелянский, О. В. Егошина, ред. З. П. Удальцова. М.: Московский Художественный театр, 1999. Вып. 1. 530 с.

А. Смелянский, О. Егошина. Век режиссуры 5 Читать

Сергей Бархин. Приемы борьбы 9 Читать

Давид Боровский. Ничто не пропадает напрасно 21 Читать

Питер Брук. Метафизика театра 31 Читать

Роберт Брустин. Идея художественного театра в Америке 53 Читать

Анатолий Васильев. О физическом действии и других секретах 67 Читать

Кама Гинкас. Почему я люблю и ненавижу театр 81 Читать

Ежи Гротовский. Симптомы мастерства 91 Читать

Лев Додин. Логика свободного поиска 105 Читать

Деклан Доннеллан. Научить актера бесстрашию 127 Читать

Олег Ефремов. Больше всего устаешь от ответственности 141 Читать

Сергей Женовач. Постоянно держать экзамен 155 Читать

Марк Захаров. Эстетика непредсказуемости 167 Читать

Александр Калягин. Взрыв сцены 187 Читать

Клим. У врат Упанишад 201 Читать

Михаил Козаков. И театр — это всего лишь самопознание… 209 Читать

Оскарас Коршонувас. Поколение Исаака 225 Читать

Эдуард Кочергин. Планка мастерства 235 Читать

Маттиас Лангхофф. Искусство делать скандалы 247 Читать

Жак Лассаль. Идти не по компасу 257 Читать

Юрий Любимов. Артисты — товар скоропортящийся 269 Читать

Кристоф Марталер. Я достаю театр из своей биографии 283 Читать

Кети Митчелл. Пьеса выбирает режиссера 293 Читать

Ариана Мнушкина. Театр — дом и храм 303 Читать

Эймунтас Някрошюс. Свободное пространство 313 Читать

Анатолий Праудин. Печальные прогнозы 327 Читать

Константин Райкин. Театром надо опьяняться 337 Читать

Джорджо Стрелер. Streben 351 Читать

Роберт Стуруа. Театр на сносях 365 Читать

Тадаши Сузуки. Барьер как вызов 379 Читать

Олег Табаков. Русский театр — это актерский театр 395 Читать

Роберт Уилсон. Слушать телом и говорить телом 407 Читать

Валерий Фокин. Забег на длинную дистанцию 417 Читать

Петр Фоменко. Держать удар 435 Читать

Темур Чхеидзе. Основные вещи знаешь заранее 445 Читать

Адольф Шапиро. Театр — искусство для зрячих 459 Читать

Олег Шейнцис. Зачем нужен художник 471 Читать

Петер Штайн. Мой Чехов 483 Читать

Андрей Щербан. Режиссеру лучше оставаться цыганом 497 Читать

Сергей Юрский. Властители дум 513 Читать

Указатель имен 520 Читать

{5} Век режиссуры


В истории искусства вообще и в истории театрального искусства, в частности, хорошо известен феномен того, что можно назвать «концом века». На переломе времен художники и теоретики обычно пытаются подвести итоги столетия, аккумулировать его основные идеи и по возможности заглянуть в будущее. На рубеже прошлого века возник так называемый «режиссерский театр», тесно связанный с судьбой МХТ и той реформой, которую произвели Станиславский, Немирович-Данченко, а затем их ученики и оппоненты. Развитие и утверждение режиссерского театра происходило необыкновенно трудно. В сущности, менялись и даже ломались какие-то чрезвычайно существенные структурные основы сценического дела. На место господства драматурга и актера — двух основных сил прежнего театра — пришло господство новой художественной воли, одного художника — режиссера, который стал демиургом всего того, что происходит на сцене и в зале. С появлением этой суперпрофессии изменились требования к искусству актера, к технике драмы, появилось не существовавшее ранее в такой силе и объеме искусство театрального художника, композитора, осветителя и т. д. Изменились ожидания публики, изменился социальный статус театра в обществе. В России к тому же была создана мощнейшая и очень разветвленная система так называемых государственных репертуарных театров, в которой центральную роль играл главный режиссер или художественный руководитель театра.

С течением времени «режиссерский театр», так же как и репертуарный театр, с ним связанный, обнаружили острейшие внутренние противоречия. С нынешнего рубежа они просматриваются с полной отчетливостью. С уходом из жизни крупнейших режиссеров созданные ими театры часто вырождались. На месте «художественных театров» возникали насильственные соединения людей, не имеющих общей творческой воли и паразитирующих на легенде своего рождения. Искусство актера, лишенное инициативы, поблекло, взаимоотношения режиссера со своими соавторами тоже претерпело решительные изменения.

Все сказанное объясняет замысел книги, которую открыл читатель. {6} Мы решили собрать вместе под одной обложкой тех, кто определяет современный театр. Мы решили поговорить «под занавес века» с виднейшими представителями режиссерской профессии. К ним постепенно добавились несколько театральных художников и актеров, но это не изменило направления книги. Она посвящена феномену «режиссерского театра» во всех его проявлениях и срезах. Жанр книги — «беседы» — выбран не случайно. Конечно, можно было бы попросить коллег-критиков написать статьи за мастеров (и это неоднократно делалось и делается), но цена такого рода выступлениям обычно невысока. «Литература» выдает себя с первой же строки, живого голоса человека тут не услышишь. Большинство героев книги люди не пишущие, но прекрасно думающие и говорящие о своей профессии. Вот это и хотелось зафиксировать. Не стоит, однако, думать, что, поставив перед тем или иным мастером бесстрастный микрофон, авторы исчерпали дело. Встреча с каждым героем книги была событием, к которому надо было готовиться. Надо было придумать некую внутреннюю схему, сетку вопросов, которые бы открывали лицо творца, давали бы возможность если и не проникнуть в его лабораторию, то хотя бы приоткрыть ее. Было важно, как разные художники ответят на сходные вопросы. Надо было сохранить их интонацию, манеру речи, тип юмора. Хотелось сохранить даже шероховатости устной речи, не выглаживать стиль, не приводить его к общелитературному знаменателю. Как пелось в одной песенке Булата Окуджавы, как мы дышим, так и пишем. Вот это и хотелось уловить.

Для того чтобы представить «объем» проблемы, надо было попытаться сделать своего рода театральную «томографию», способную увидеть историческую тему не с одной, а сразу с многих точек зрения. Хотелось зафиксировать не только идеологию современного режиссерского театра, но и его внутреннюю технологию, те правила игры, по которым сегодня делают спектакль и строят «театральный дом» (или отказываются его строить). Правила эти, как известно, самая летучая вещь в летучем веществе театра. Ведь теперь почти никто не пишет режиссерских экспликаций, не оставляет «режиссерских экземпляров» и дневников. Именно поэтому мы старались как можно конкретнее уяснить процесс создания спектакля: как выбирают пьесу, как выстраиваются взаимоотношения режиссера с актерами, художниками, композиторами, публикой, наконец. Как решается сценическое пространство, {7} как тот или иной художник понимает традицию, в том числе национальную традицию и т. д. Многие мастера говорят здесь и о своих привычках, причудах, способах работы. Они освещают самые таинственные ходы творческой мысли, которые иногда не поддаются логическому анализу. В этом плане книга восполняет существенный пробел в той области, которую вслед за Л. Выготским можно было бы назвать «психологией искусства».

Надо объяснить, каким образом сложилась композиция книги и как отобрались ее герои. Прежде всего мы обратились к тем, кто участвовал в так называемом «Славянском базаре» 22 июня 1997 года. В тот день крупнейшие режиссеры и актеры в зале Художественного театра обсуждали итоги театрального столетия. Оторванные друг от друга, годами не видящие спектаклей друг друга, они разворачивали свое понимание вековой и нынешней ситуации. Каждому было дано несколько минут, в конце же речи было даже предложено сесть в музейные кресла основателей МХТ и что-то сказать «для истории». Никто не сел, люди отшучивались, боялись пафоса. Соседство именитых коллег крайне обязывало, нервило, не давало возможности развить мысль. Но уже тогда стало ясно, что накопился огромный опыт, никем не зафиксированный и даже не расслышанный. Захотелось этот опыт закрепить, развить, сохранив фрагментарность и свободу высказывания художника. В некоторых случаях создателям книги не удалось побеседовать со своими героями и пришлось воспользоваться их лекциями или речами, произнесенными в разное время и в разных обстоятельствах. Это касается таких важных текстов, как московские выступления Питера Брука или Петера Штайна, речь Ежи Гротовского по случаю присуждения ему почетной степени «Honoris causa» во Вроцлавском университете. Сюда же можно отнести и публикацию текста последней публичной лекции Джоржо Стрелера, с которой он выступил на конференции в Париже (конференция эта проходила в ноябре 1997 года и называлась «Идея художественного театра»).

Первыми героями книги, как уже сказано, стали участники «Славянского базара». Потом к ним присоединились другие режиссеры из Европы, Японии и США, которые в последние годы стали частыми гостями России и участниками наших Чеховских фестивалей. Именно благодаря этому фестивалю в последнее десятилетие века стала складываться {8} совершенно новая театральная ситуация: люди российской сцены могли увидеть себя и свое искусство в контексте мирового театра. Воссоздать такой контекст в книжном варианте было едва ли не первостепенным делом авторов. Под одной обложкой оказались художники разных направлений, поколений, стилей и культур. В книге соседствуют Олег Ефремов и Юрий Любимов, Лев Додин и Анатолий Васильев, Олег Табаков и Сергей Женовач, Марк Захаров и Александр Калягин, Петр Фоменко и Константин Райкин, Михаил Козаков и Анатолий Праудин, Валерий Фокин и Кама Гинкас. И тут же рядом Тадаши Сузуки и Ежи Гротовский, Жак Лассаль и Кристоф Марталер, Роберт Уилсон и Роберт Стуруа, Андрей Щербан и Эймунтас Някрошюс. В соседстве с режиссерами и актерами ведущие театральные художники России — Сергей Бархин, Давид Боровский, Эдуард Кочергин, Олег Шейнцис.

Надо было как-то организовать эту «гремучую смесь». Выход был найден самый что ни на есть простой. Герои книги выстроены не по ранжиру, а по алфавиту — от «Б» до «К», от Сергея Бархина до Сергея Юрского. Сразу же бросается в глаза, что алфавит не исчерпан. Именно поэтому мы обращаем внимание читателя на то, что у него в руках «выпуск первый». В наших издательских планах значатся новые книги такого рода, мы предвкушаем радость бесед с другими российскими и зарубежными коллегами, режиссерами, актерами, а также драматургами и критиками, что в совокупности составит коллективный портрет театральной ситуации конца «режиссерского века».

Выводов, комментариев и прогнозов составители книги старались избегать. Тут и не может быть одного вывода или прогноза. Ответы и прозрения современных художников ценны именно в своей противоречивости и разнонаправленности. Будущее, как всегда, оказывается набором вариантов, из которых что-то реализуется, а что-то нет. «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется» — это так. Но закрепить это слово, услышать его и донести до читателя — эту цель, нам казалось, можно выполнить.

А. Смелянский, О. Егошина
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   42
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации