Сиражудинова С.В. Формирование гражданского общества как приоритетная цель модернизации России: социокультурные - файл n1.doc

Сиражудинова С.В. Формирование гражданского общества как приоритетная цель модернизации России: социокультурные
Скачать все файлы (93.5 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.doc94kb.15.02.2014 17:40скачать

n1.doc

Формирование гражданского общества как приоритетная цель модернизации России: социокультурные, региональные и этнические аспекты северокавказской ментальности1

Сиражудинова С.В.

кандидат полит. наук

Ростов-на-Дону
Современные процессы глобализации, затронувшие весь мир, не обошли стороной и Россию, поставившей своей целью модернизацию, как политической системы, так и всех сфер жизни общества. Модернизация нашей страны, декларируемая правительством, немыслима без формирования реального и сильного гражданского общества, без внедрения ценностей гражданского общества в сознание каждой отдельной личности. И здесь возникает вопрос, способны ли культура, менталитет и сознание населения в лице каждой отдельной личности к принятию новых глобальных ценностей, насколько велика степень вероятности подобной адаптации ценностей и инноваций для гражданина России, и тем более для жителя Северного Кавказа, отличающегося своеобразным менталитетом, сформированным особыми историческими и культурными условиями, специфическими особенностями среды проживания.

Значительное влияние на процессы модернизации и формирования гражданского общества на территории Северного Кавказа оказывают региональная специфика и социокультурные условия развития региона. При рассмотрении возможностей формирования новых для региона ценностей, необходимо учитывать особенности северокавказской ментальности. В последние годы такое понятие как «менталитет» стало часто упоминаться авторами разных общественных наук при рассмотрении культурных особенностей, ценностей, психологии личности и этноса. «Менталитет - это некая интегральная характеристика людей, живущих в отдельной культуре, которая позволяет описать своеобразие видения этими людьми окружающего мира и объяснить специфику их реагирования на него»2.

На Северном Кавказе можно выделить общую северокавказскую региональную ментальность – идентификацию проживающих на территории региона этносов в одну общность, объединенную схожими культурными традициями и исторической судьбой. Г. У. Солдатова, рассматривая северокавказские этносы, выделяет у них «общую этничность, ту сложную смесь менталитета и культуры, которая не только характеризирует какой-либо народ, но и объединяет его, и отличает от всех других сообществ»3. «Можно говорить о существовании локальной северокавказской цивилизации, обладающей определенной целостностью и идентичностью ее составляющих, общими ментальными структурами, поведенческими схемами, характерными для народов Северного Кавказа… Особенность северокавказской цивилизации и состоит в соединении в рамках единого целого огромного множества разноязычных этносов, конфессиональных и культурных различий… Основными особенностями северокавказского менталитета являются: неразрывная духовная связь северокавказских народов со средой их обитания; свободолюбивый дух и горячность; некоторая заносчивость; вежливость, толерантность; признание авторитета старейшин; скрупулезное соблюдение норм этикета4». Но более важна и особо значима узкая локальная конкретно этническая ментальность, объединенная общим образом мышления и поведения, ценностями и мировоззрением, укладом жизни, стереотипами, образцами и нормами, традицией и обычаями, религией, самосознанием и языком. Этническая самоидентификация жителей Северного Кавказа имеет определяющее значение - она находится в центре всей системы их ценностей и мировоззрения, определяет менталитет.

Северный Кавказ – особый регион Российской Федерации, отличающийся своей спецификой. В нем развиты этничность, традиционность и религиозность. Веками здесь развивалась, сохранялась, транслировалась и тщательно оберегалась самобытная и уникальная традиционная культура, значение которой и до сих пор не теряет своей актуальности. Напротив, в ходе реформирования общественно-политического устройства страны, в результате утраты общей высокозначимой для всех народов советской идентичности, разрушения всей системы прежней идеологии и общегражданских норм, значимость региональной этнической культуры резко возросла. Национальная культура, обычаи и традиции, специфические бытовые нормы и обряды, религия и родной язык здесь сохранились и соблюдались даже в условиях пытавшейся их разрушить и запретить советской системы, не смогли их искоренить трудности и депортации некоторых народов. Послереформенный процесс роста этнического самосознания народов России, особо отразился на этносах Северного Кавказа, повлек за собой невиданный интерес к историческим традициям народов, появление новых литературных трудов по истории, историческому народному эпосу, фольклору, мифологии, сказкам и т.д.

Важная специфическая черта Северного Кавказа – приверженность населения этническим традициям и обычаям, которые играют в жизни и сознании населения доминирующую роль, и во многом оказывают влияние на формирование ценностных, политических, идеологических и гражданских предпочтений, выборов и приоритетов. Эту черту важно учитывать при построении гражданского общества в регионе, а также необходимо выяснить и определить, возможно ли эффективно сочетать традиционные ценности с ценностями гражданского общества, и возможно ли построение гражданского общества в обществе традиционном.

Северный Кавказ отличается многообразием проживающих этносов в рамках небольшой территории, сохранивших в своем образе жизни и мышлении многие традиционные этнические нормы и черты. Жители Северного Кавказа сильно отличаются от населения других регионов России своим менталитетом, развитым этническим сознанием, традиционностью, высокой религиозностью – приверженностью исламу.

Согласно известной теории С. Хантингтона, в современном мире различия между людьми и между народами носят культурный характер. Люди самоопределяются, отталкиваясь от истории своих предков, религии, языка, ценностей, обычаев, институтов. Они стремятся идентифицировать себя с такими культурными сообществами, как племена, этнические группы, религиозные общины, нации и, в самом широком плане, цивилизации5. Поэтому, можно сказать, что роль традиционализма и этнических ценностей в современном обществе оказывают определяющую роль. Если рассматривать в общем, Российскую Федерацию, то территория Северного Кавказа больше всего подвержена влиянию этнических ценностей, религии и традиций. Традиционализм и многообразие этнических групп с развитым самосознанием выступают как специфика, особенность, одна из основных характеристик этого региона.

Характерные особенности традиционного северокавказского общества – полиэтничность региона (на территории Северного Кавказа компактно проживает более 150 национальностей), развитое этническое самосознание усиливают традиционализм общества, укорененность национальных самобытных культурных стереотипов, чувство обособленности от иных культурных и этнических общностей. «Процесс этнизации общественной жизни в современной России, начавшийся в начале 90-х годов прошлого столетия, выразился в тенденции к созданию разноуровневых национально-культурных объединений – национально-культурных общин и автономий. В настоящее время они играют важнейшую созидательную роль в формировании современного гражданского общества, становлении демократии, защите прав и свобод граждан6». В последние годы «национальные особенности жизни, национальное сознание и самосознание стали играть в жизни современного человека более важную роль, чем это было 10-15 лет назад7». «В кавказской культуре конфессиональная и этническая идентичности органично взаимосвязаны. Тем не менее, последняя воспринимается кавказцами как высшая ступень бытия8». Этничность на Северном Кавказе – важнейший фактор определения политических и социальных ценностей и доминантов каждой отдельной личности и этносов в целом. Этнические ценности и установки, межэтнические отношения определяют социальную, духовную, культурную и политическую среду региона, усиливают его специфику. Для небольших народностей региона характерен этноцентризм, т.е. «свойство этнического самосознания воспринимать и оценивать жизненные явления сквозь призму традиций и ценностей собственной этнической группы, выступающей в качестве всеобщего эталона и оптиума9». Этническая субъектность, как «особый тип социальной связи, которая обеспечивает устойчивость внутриэтнической структуры. Формой выражения этнической субъектности северокавказских народов является самоорганизация и самоуправление, т.е. наличие общинно-родовых институтов (тейпов, тухумов и пр.) и механизмов их функционирования (адатов)10», до сих пор, играющих главенствующую роль в обществе, и являющихся основным средством организации жизни индивидуума, разрешения социальных и зачастую политических процессов на Северном Кавказе. В то же время общечеловеческие культурные ценности так же осознаются и признаются народом, который, с одной стороны, не могли полностью обойти стороной процессы глобализации, но который в то же время сопротивляется ей, опасаясь ее вторжения в свою культуру, разрушения этнических ценностей и традиций. Видный ученый, представитель кавказской культуры Р. Абдулатипов призывает к сохранению национальной самобытности: «В развитии национальных и интернациональных процессов, их духовном обеспечении особую роль играет самобытность национальной культуры, состояние самобытных языков, национальных традиций и обычаев. Интернационализация экономической жизни объективно сопровождается интернационализацией и духовной жизни наций. Но все это не должно приводить к унификации культурных и других ценностей. Именно национальности, наиболее подвергшиеся деформации своей самобытности, чаще всего направляли социальную неудовлетворенность и озлобленность в русло межнациональных конфликтов11», «национальное — это идея и реальность, наиболее приближенные к интимно-личному миру человеческого бытия. И от них трудно избавляться, не повредив духовности и нравственности человека12». Х.-А. Нухаев абсолютизирует роль нации, традиций и адатов, истоки которых он ошибочно видит в исламе. «Единственной социальной панацеей и спасением от надвигающегося вырождения и хаоса может быть только нация с ее первозданным внутренним порядком… Нация в ее первозданном виде и есть тот «потерянный рай человечества», обрести который стремились философы, ученые, мыслители многих народов и многих эпох… Только умма, только добровольное объединение народов, признающих самобытность и независимость друг друга, является той высшей моделью общежития, которая жизненно необходима многоязыкому и многоконфессиональному Кавказу... Обычай (адат) спрессовывает в себе тысячелетний опыт исторической жизни нации, ее мудрость и нравственность. Такие законы не могут меняться по прихоти отдельных лиц, охваченных реформаторским пылом. Чтобы изменить закон обычая, надо изменить нацию, весь спектр ее мировоззренческих ценностей13». «Чеченцы никогда не знали государственности, всегда жили родоплеменной общиной. В восприятии чеченцев «жить свободно» означает «жить по своим традициям». Покушение на традиции чеченцы воспринимают как угрозу своей свободе и поэтому отвергают цивилизацию в любой форме, откуда бы она ни надвигалась – с Запада или с Востока14». «Чеченский народ, решая задачу устройства своего «государства» и полагаясь при этом на готовые ответы цивилизаций, оказался на распутье. Нам чужды модели и Запада, и Востока. Мы не европейцы и не азиаты, мы – кавказцы. Нам необходимо учредить коллективный орган глав тайпов и путем проведения всенародного референдума признать его Высшим представительным органом государственной власти Чеченской Республики Ичкерия – Мехк Кхел15».

На северокавказскую ментальность существенное влияние оказывает традиционность региона. Традиционность – основная характеристика Северокавказского общества, которому присущи почти все классические черты традиционного общества. Здесь сильна и играет доминирующую роль приверженность населения традициям и своей общине, обычаям, адатам, повиновение старейшинам, сохранившийся до сих пор традиционный образ жизни и сложившаяся веками практика самоуправления и социальной регуляции. «Жизненность традиций – одна из самых поразительных и ярких особенностей культуры, сложившейся в древности на Кавказе, которая по сей день восхищает своей уникальностью мировое сообщество16». Все это оказывают значительное воздействие на формирование ценностных, политических, идеологических и гражданских предпочтений, политического мышления и политических установок, выборов и приоритетов в регионе.

Исследователь традиционного Северокавказского общества Р.А. Ханаху пишет: «В настоящее время в связи с переходом к рыночной экономике, демократизацией политической сферы, насаждением новых достаточно порой чуждых для Кавказа культурных образцов, традиционная северокавказская культура в очередной раз подвергается испытанию…на Северном Кавказе нет столкновения «чисто традиционного общества» с «чисто современным», а есть лишь определенная, порой конфликтогенная оппозиция отдельных элементов модернизма и традиционализма… Многие кризисные явления в российском обществе объясняются как результат «нарушения закона ментальной идентичности, который отражает сущностные связи между менталитетом народа и содержанием политики государства... Многие ценности традиционного общества вошли в ткань современной жизни и оказывают большое влияние на ее различные стороны. Традиционность «прорастает» в современность и видоизменяет ее, неизбежно накладывает на нее свой отпечаток… Для Северного Кавказа, характерен неизбежный отпечаток местного колорита на всех современных формах. Он проявляется и в характере парламентаризма, организации содержания местной прессы, отношениях внутри чиновничьих иерархий и т.д. В то же время северокавказские общества нельзя назвать «чисто традиционными»… «встреча» «чисто традиционного» общества с модернизированным в рамках одного государства порождает большую напряженность, острые кризисы легитимности, конфликтность и даже враждебность. Повышенная конфликтность фрагментированных обществ объясняется уже тем простым фактом, что различающиеся культуры предписывают (часто в форме императива) разные модели поведения и мышления, вызывают достаточно сильно отличающиеся друг от друга ориентации и установки, формируют разные иерархии ценностей, являются основанием для сильных отличий в эмоциональных реакциях и т.п. Таким образом, культурные отличия можно оценить как определенные предпосылки социальной конфликтности…С одной стороны, общественные процессы требуют повышения степени рациональности поведения и мышления в ущерб традиционности, но с другой стороны, разрушение традиционности способно привести к социальной дезинтеграции и утрате самой рациональности17.

Профессор Ф. Албакова на примере вайнахов показывает, что модернизация на территории Северного Кавказа сталкивается с определенными трудностями, связанными в первую очередь с традиционностью общества. «Модернизация Северо-Кавказского региона сталкивается с проблемами обедненности ресурсами, превалирования сельского образа жизни над городским, хорошо организованными клановыми связями и сословными принципами взаимодействия, повышенной инерционностью архаических форм регуляции социокультурной жизни, особым авторитетом старшего поколения (геронтологические принципы организации статусно-ролевых коммуникаций в этносе). Все это приводило и приводит к тому, что модернизация сталкивается с глубинной укорененностью традиционных, архаических социокультурных доминант в общественной и экономико-политической жизни вайнахского этноса18».

Роль традиций, с точки зрения гражданского общества неоднозначна, она зависит от самих традиций и их функций в жизни общества. Одни традиции, создавая специфику региона, придавая ему, своеобразный колорит и неповторимость, несут в себе положительные социальные функции – взаимоподдержку, традиции куначества и гостеприимства, свободы и самоуправления, уважительности и вежливости и др. Другие же, напротив, глубоко антидемократичны. Они подавляют личность, поддерживают архаичность и предрассудки, негативно влияют на человека и его правосознание. Сюда можно отнести кровную месть (тем более, когда отвечает не виновный, а родственники «обычай отмщения человеком за человека»), фанатизм и необдуманность в вопросах религии и обычаев, отсутствие свободы в выборе и поступках, слепое следование за решениями стариков (которые ошибаются, или, вынося его, руководствуются меркантильным интересом) и др.

Традиционность общественной, политической, культурной и духовной жизни Северного Кавказа до сих пор имеет доминирующее значение. Известная теория Ф. Фукуямы о том, что в мире окончательно восторжествовали идеи либеральной демократии, произошел «триумф Запада, западной идеи» 19 не находит подтверждения в северокавказской действительности, которая демонстрирует нам силу традиции, превалирование традиционных ценностей над демократическими общечеловеческими ценностями модернизации. Традиционность народов Северного Кавказа и замкнутость этнических групп формируют особый специфический менталитет, создают определенные ограничения для полноценного формирования гражданского общества. С одной стороны традиционность региона создает определенные проблемы в построении здесь гражданского общества. С другой, само общество сочетает в себе черты традиции и современности. Северокавказское общество способно приспособить к себе элементы гражданского общества и в то же время сохранить многие свои традиции, и продолжать следовать им. Элементы модернизации могут беспрепятственно прижиться в профессиональной и в политической сфере. Определенные изменения, пусть даже и намного медленнее происходят и в приватной сфере.

Для того чтобы построить гражданское общество на Северном Кавказе каждый отдельный человек должен осознать себя независимой, полноценной, самодостаточной индивидуальностью. Необходимо в первую очередь создать условия для развития ценностей свободы и равноправия личности.

Другая основная специфика северокавказского общества, определяющая менталитет проживающих здесь народностей – его религиозность, приверженность исламу. Роль религии и культурно-цивилизационных особенностей в развитии современных обществ подчеркнул в своей известной теории С. Хантингтон. Согласно его теории современные конфликты уже не будут социальными, классовыми или экономическими, а будут вспыхивать между народами, принадлежащими к разным культурам, среди которых одни из основных противостоящих сторон - христианская и исламская культуры. Разные цивилизации изначально придерживаются различных философских убеждений, основополагающих ценностей, социальных связей, обычаев, мировоззрения в целом коренным образом отличаются от западных и, в их собственных глазах, неизмеримо их превосходят.. Эти культурные различия углубляются в результате возрождения религии во многих регионах мира. Начиная с 1970 года в исламском мире сложилась весьма последовательная тенденция, которую характеризуют расцвет фундаментализма. Мусульмане испытывают страх и отвращение перед могуществом Запада, перед лицом той опасности, которой она грозит их обществу и их вере. Западную культуру они считают материалистической, продажной, упаднической и безнравственной. В глазах мусульман западный антиклерикализм, нерелигиозность и, следовательно, безнравственность являются еще большим злом, чем западное христианство, которое их породило20.

Религия как форма общественного сознания формирует систему человеческих норм и ценностей. Религия тесно связана с моралью общества, развитием культурных ценностей, определяет особый тип духовно-материальной организации, менталитет народа, влияет на экономический уклад общества, религиозное сознание неотделимо от правосознания и морального сознания21. Религия, как одна из составных структуры гражданского общества играет важную роль в процессе его формирования. Она во многом определяет «становление мировоззрения личности, ее культурную идентичность22», религиозные структуры способны оказывать значительное влияние на состояние мира, стабильности, регулирование уровня конфликтности в обществе (особенно там, где ее влияние доминирует в сознании людей, каковым и является ислам для жителей Северного Кавказа).

Возрождению ислама в Российской Федерации способствовало пробуждению религиозной идентичности, осознание которой за последние двадцать лет стремительно возрастало23. Восстановление религиозной свободы явилось частью горбачевской перестройки, а затем одним из направлений в развитии Российской Федерации24. Существенные изменения во взаимоотношения религии и государства в СССР были внесены в 80-е гг. Ликвидация цензуры, открытие архивов, переосмысливание духовных ценностей и идеалов поставили религию на более высокую ступень в обществе. В начале 90-х гг. после принятия ряда новых законов, касающихся свободы совести и вероисповедания, в России начался бурный рост активности многих конфессий25. В связи с вытеснением из политической жизни общества коммунистической идеологии, возникло духовное опустошение, образовались «белые пятна», пробелы, которые стали усиленно заполняться, с одной стороны - культом грубой физической силы, а с другой стороны - модернистскими и традиционалистскими идеями и ценностями ислама26.

Ислам здесь специфичен и сформирован в особой среде, которая определила его отличие от вероисповедания в других исламских республиках и странах. Поэтому, при рассмотрении вопроса специфичности исламского региона для России, необходимо учитывать, что северокавказский ислам, специфичен и для исповедуещего ислам татаро-башкирского региона, и для всего остального исламского мира. А сложившаяся у многих ученых тенденция, когда «при освящении ислама и мусульманского мира предполагается существование монолитной системы, в которой все мусульмане одинаковы», скрывает важные различия внутри мусульманского мира27.

Северокавказский ислам имеет немало отличаев от классического ислама. Здесь веками формировались и укоренились особые отличительные черты. На территории Северного Кавказа сосуществуют множество течений и направлений. Здесь соревнуются между собой множество шейхов, каждый из которых имеет своих сторонников. Среди мусульман суфистского направления распространен сельский ислам с культом святых, у них развит национализм, общинная, вирдовая обособленность, которая создает отсутствие мусульманского единства населения региона. Почти каждая национальность имеет своих святых, свои святые места, отличается разной степенью религиозности, почти у каждой национальности имеются свои веками сложившиеся адаты и обычаи, которые главенствуют в сознании простого населения, сливаются с исламом, и во многих случаях превалирует над исламом, у многих представителей вайнахских народов – слепое повиновение старейшинам доминирует над всеми исламскими нормами. В последние годы на Северный Кавказ проникло новое для региона течение ислама, и на сегодняшний день «внутри самих религиозных общин Северо-Кавказского региона сохраняется достаточно нестабильная обстановка, прежде всего, в связи с расширением сферы деятельности религиозных групп, проповедующих различные течения, в том числе и ваххабизм, превращая религию в дестабилизирующий фактор. Деятельность отдельных политизированных исламских групп (джамаатов), направленная на достижение своих, узкоочерченных целей, практически нивелирует объединительную силу ислама как мировой религии, которая по своей сути противодействует углублению любых этнических и расовых различий, оправдывающих превосходство одной группы верующих над другой28».

Итак, модернизации в северокавказском регионе, исторически развивавшемся по особому пути, с особым укладом и ценностями, во многом противостоят исторически выработанный менталитет и мировоззрение проживающих здесь народностей. Социокультурные, региональные и этнические аспекты северокавказской ментальности оказывают значительное влияние на формирование гражданского общества в регионе, определяют и несколько ограничивают возможности модернизации. Но некоторые элементы модернизации уже проникли в традиционное северокавказское общество, слились с национальной ментальностью, сочетая элементы традиционности и модернизации, которые при смешивании, размываются и растворяются друг в друге. Таким образом, некоторые характеристики модернизации и традиционности утрачиваются, некоторые - приобретаются, а некоторые – видоизменяются.

Учитывая специфику региона (поликонфесиональность, полиэтничность и неоднородность), особую и своеобразную его ментальность, полное формирование гражданского общества здесь вряд ли возможно. Само общество, его структура, исторические формы развития и отношений отличны от Запада, поэтому оно не сможет в полном объеме дублировать западную модель, но отдельные принципы, элементы и структуры здесь сформированы (НПО, оппозиция, СМИ), некоторые даже соответствуют местной ментальности (местное самоуправление, народовластие, свобода т.д.), а некоторые элементы гражданского общества наталкиваются на препятствия и развиваются при отсутствии некоторых основных предпосылок (отсутствие среднего класса, клановость, гендерное и возрастное неравенство и т.д.).

Модернизация северокавказского общества действительно необходима, каждое общество должно прогрессировать и развиваться. Но она должна проводиться медленно, внося необходимые изменения, ее задача избавить общество от архаики, предрассудков, фанатизма, привнести рациональность, демократические и общечеловеческие ценности, но она не должна покушаться на те, положительные традиционные ценности, которые стабилизируют общество, посягательство на которые грозит возникновению конфликтности, конфронтации и отторжению модернизации.

Формирование гражданского общества в регионе особо значимо и актуально, оно создает идеальную форму общественного устройства и системы общественных отношений, основанных на общечеловеческих ценностях. Его построение призвано преодолеть национальную, религиозную, социальную нетерпимость и предрассудки, создать единое право и сформировать новый тип личности, культуры, отношений. Не силовые методы, а формирование гражданской культуры, среди характеристик которой выделяют толерантность, «терпимость по отношению к другим людям, независимо от их социального положения, национальной принадлежности, политических пристрастий, отношения к религии и т.д., которая формируется, прежде всего, на основе признания универсальных прав и свобод человека29» в регионе, возможно преодолеть конфликтность и напряженность. При помощи органов власти, системы образования, и структур гражданского общества (СМИ, НПО, семьи и др.) необходимо пропагандировать и подтверждать практическими действиями важность таких ценностей как активность и инициативность, стремление к самосовершенствованию, равенство и равноправие, высокий статус личности в обществе, защищать и гарантировать полное соблюдение ее прав, свобод, независимости. Надо подтверждать высокую значимость закона, демонстрируя его независимость, объективность и необходимость. Для предотвращения конфликтности, при проведении модернизации, надо подчеркивать ее лучшие стороны, и в то же время информировать граждан, что модернизация и гражданское общество не посягают на сложившиеся веками и высокозначимые для населения ценности, на традиции и религию, проявлять уважение к многообразию этнических культур, и демонстрировать, что вводимые нововведения не призваны разрушить специфику региона, его традиции, духовность, религию, а призваны содействовать улучшению жизни населения, повышая значимость человека, независимо от его убеждений, статуса и вероисповедания, повышая уровень его самосознания и образования, создавая возможность оказывать влияние на власть, на политику, контролировать их, защищать свободу и права.


1 Регионы России: Стратегии и механизмы модернизации, инновационного и технологического развития. Тр. Седьмой междунар. научн.-практ. конф. / РАН. ИНИОН. Отд. науч. сотрудничества и междунар. связей; Отв. ред. Ю.С. Пивоваров. – М., 2011. – Ч. 1. - С. 146-151.

2 Дубов И.Г. Феномен менталитета: психологический анализ // Вопросы психологии. 1993. №5.

3 Солдатова Г. У. Психология межэтнической напряженности. – М. 1998. – С. 223.

4 Ашхамахова А. А. Социально-философский анализ менталитета: общее и особенное. Дис. д-ра филос. Наук. Майкоп. 2006. 279 с.

5 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. // Полис. 1994. № 1. С. 33-48.

6 Абдулатипов Р.Г. Россия на пороге XXI века. Состояние и перспективы федеративного устройства. - М., 1996. – С. 35.

7 Авксентьев А.В., Авксентьев В.А. Этнические проблемы современности и культура межнационального общения. Ставрополь: СГПИ, 1993. С. 3.

8 Хунагов Р.Д., Шадже А.Ю. Кавказский фактор в современной России //Социс.- 2001.- № 3. С. 79.

9 Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 812.

10 Панарин С., Хоперская Л. Современные этнополитические процессы на Северном Кавказе: концентрация этнической субъектности. Ростов-на-Дону, СКАГС, С. 23.

11 Абдулатипов Р. Природа и парадоксы национального «Я». М. Мысль. 1991. С. 137.

12 Абдулатипов Р. Природа и парадоксы национального «Я». С. 10.

13 Нухаев Х.-А. Чеченцы скорее изменят мир, чем изменят свободе» // «Мехк Кхел», июль 1999 г.

14 ДАВИД И ГОЛИАФ, или российско-чеченская война глазами «варвара» // «Мехк Кхел», № 25, ноябрь 2000 г.; «Независимая газета – НГ сценарии», № 11, декабрь 2000 г.

15 Нухаев Х.-А. Нам необходимо создать государство, основанное на подлинных принципах ислама // «Грозненский рабочий», январь 1999 г.

16 Унежев К.Х. Феномен адыгской (черкесской) культуры. Нальчик: Эль-Фа, 1997. С. 12-13.

17 Ханаху Р.А. Традиционная культура Северного Кавказа: вызовы времени (социально-философский анализ). - Ростов-на-Дону 2001. С. 10, 7, 8, 47, 36, 151, 137, 127, 11.

18 Албакова Ф.Ю. Современные проблемы развития традиционной вайнахской культуры / Центральная Азия и Кавказ. 1994, № 4(5), стр.183.

19 Фукуяма Ф. Конец истории ? // Вопросы философии. 1990. № 3.

20 Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. // Полис. 1994. № 1.С. 33-48;

21 Эмиров Э. Ислам и гражданское общество в Дагестане // Религия и право. 2006. № 1-2 (39).

22 Пчелинцев А.. Актуальные проблемы свободы вероисповедания и деятельности религиозных объединений// Двадцать лет религиозной свободы в России / под ред. А. Малашенко и С. Филатова ; Моск. Центр Карнеги. - М. Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН). 2009. С.80.

23 Двадцать лет религиозной свободы в России.

24 Двадцать лет религиозной свободы в России. С. 242.

25 Эмиров Э. Ислам и гражданское общество в Дагестане // Журнал «Религия и право». 2006. № 1-2 (39).

26 Курбанов М.Г. К общим проблемам соотношения ислама и политики в становлении гражданского общества в Дагестане // Взаимодействие государства и религиозных объединений: современное состояние и перспективы. Материалы Северокавказской науч.- практич. конф. (Махачкала, 15 октября 2003 года). Махачкала: Юпитер, 2004. С. 381 - 385. http://www.musa.narod.ru/pab.htm

27 John L. Esposito The Islamic Threat: Myth or Reality?. — Oxford University Press, 1999. — P. 225-228.

28 Международный терроризм: борьба за геополитическое господство: Монография. – М.: Изд-во РАГС, 2005. С. 448.

29 Гершунский Б.С. Гражданское общество в России: проблемы становления и развития - М., 2001. - С. 316.
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации