Вестник Южно-Уральского государственного университета 2010 №01 (177). Серия Лингвистика Выпуск 10 - файл n1.rtf

Вестник Южно-Уральского государственного университета 2010 №01 (177). Серия Лингвистика Выпуск 10
Скачать все файлы (3259.9 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.rtf3260kb.01.02.2014 13:36скачать

n1.rtf

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27







Учредитель - ГОУ ВПО «Южно-Уральский государственный университет».

Редакционная коллегия серии: II

д-р филол. наук, проф. О.А. Турбина

{отв, редактор),

д-р филол. наук, проф. Л.Г. Бабенко, д-р филол. наук, проф. Е.В. Харченко, д-р филол. наук, проф. А.П. Чудинов, канд филол. наук, проф. Т.Н. Хомутова, канд. филол. наук, доц. С.С. Голубева, канд. филол. наук, доц. Е.А. Дамман, Е.С Жеребятьева {отв. секретарь)

Серия основана в 2004 году.

Свидетельство о регистрации ПИ № ФС77-26455 выдано 13 декабря 2006 г. Федеральной службой по надзору законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия.

Решением Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации журнал включен в «Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, в которых должны быть опубликованы основные научные результаты диссертации на соискание ученой степени доктора и кандидата наук».

Подписной индекс 29016 в объединенном каталоге «Пресса России».

Периодичность выхода - 2 номера в год.

СОДЕРЖАНИЕ
КОГНИТИВНАЯ ЛИНГВИСТИКА

НЕФЁДОВА Л.А. Когнитивные особенности комикса как креолизованного текста 4

ПОПОВА Т.Г., ШУБИНА А.О. Художественная картина мира как концептуализиро-
ванное художественное пространство 10


РОГОЖНИКОВА Т.П., ЕСМУРЗАЕВА Ж.Б. Актуализация периферийных признаков концепта РОДИНА (на материале текстов педагогического дискурса начала XXI века) 13

СТЕПАНОВ М.С. Семиотика смерти в дискурсе деятельности 18

ЧУДИНОВ А.П., ЗАВЕРШИНСКАЯ И.К. Пресуппозиции в заголовке рекламного текста
(туристическая реклама) 24


ТРАДИЦИОННАЯ ГРАММАТИКА, ФРАЗЕОЛОГИЯ И ИСТОРИЯ ГРАММАТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ

ГОРЧАКОВА И.А. Фразеологические единицы в романе «Аптекарша» как доминантная черта идиостиля И. Нолль (на примере фразеологизмов денотативной сферы «интеллект») 28

КОМАРОВА З.И., ШАДРИНА Ю.Ю. Проблемное поле местоименности и местоимений:
история и современность .. 32


ЛИСЕНКОВА Н.Н. Эксплетивные элементы в языковой системе (на материале совре-
менного английского языка) 40


ПАСТЕРНАК ЕЛ. Истоки французской лингвистики: формирование основополагаю-
щих проблем исследования языка в XVIII веке 43


РАДЧЕНКО Е.В. Процесс формирования фразеологического значения 47

ЯЗЫКИ ДЛЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЦЕЛЕЙ

МИНЬЯР-БЕЛОРУЧЕВА А.П., БЫКОВА А.А., КОРОБОВА Е.А. Принципы построе-
ния американской судебной речи XIX века 51


ПОПОВА Т.Г., ФЕДУЛОВА М.Н. Об особенности судебной речи 57

ЛИНГВИСТИКА ТЕКСТА

ХОМУТОВА Т.Н. Научный текст: единицы интегральной модели 60

ЛИНГВОДИДАКТИКА

ГЕЙХМАН Л.К., ТЕПЛОУХОВА Л.К. Проектная и коммуникативная компетентности
как интегральные результаты проектного обучения иностранному языку 67


ЗЕЛЕНЫЕ СТРАНИЦЫ

БАКАНОВ А СЕ. Об истории возникновения и функционировании ключевых немец-
ких литературоведческих терминов 72


ЗАХАРОВА Т.В. Семантика угощения в русских и французских паремиях о гостепри-
имстве 75


ЗАГИДУЛЛИНА И.И. Специфика заголовочно-финального комплекса «Колымских
рассказов» В. Шаламова 79


КОЛКОВА Н.А. Русская фразеология в контексте свадебной обрядности 86

ФЕДОРОВА Е.В. Своеобразие феномена «проза поэта» (на материале творчества
М. Цветаевой, 3. Гиппиус, Е. Гуро) 92


ХАМЕТОВА М.Ф. Национально-культурные особенности концепта «дружба» в анг-
лоязычной картине мира 97


© Издательский центр ЮУрГУ, 2010

CONTENTS
COGNITIVE LINGUISTICS

NEFYODOVA L. A. Cognitive peculiarities of comic strips as creolized texts 4

POPOVA T.G., SHUBINA A.O. Concepts of literary worldview 10

ROGOZHNIKOVA T.P., BAURZHANOVNA Y.Z. Actualization of the peripherial signs of
the concept Rodina (based on the texts of pedagogical discourse in the beginning
of the XXI century)
13

STEPANOV M.S. Death semiotics in activity discourse 18

CHUDINOV A.P., ZAVERSHINSKAYA I.K. Presupposition in the title of an advertising text 24

TRADITIONAL GRAMMAR, PHRASEOLOGY AND HISTORY OF GRAMMATICAL MIND

GORCHAKOVA I. A. Phraseological units in the novel «The Pharmacist» by I. Noll as the
dominating ideostylistic trait (though a case study of the denotative sphere «Intellect»)
28

KOMAROVA Z.I., SHADRINA YU. YU. Problem field of pronouns history and modern times 32

LISSENKOVA N. N. Expletive elements in modern English 40

PASTERNAK E.L. The issues of the French linguistics: the main problems of language seen
by the early French linguists of the XVIII century
43

RADCHENKO E.V. The process of forming of the phraseology significance 47

LANGUAGE FOR SPECIAL PURPOSES

MINIYAR-BELORUCHEVA A.P., BYKOVA A.A., KOROBOVA E.A. Principles of the
building American lawyer's speech in the 19
th century 51

POPOVA T. G., FEDULOVA M.N. Judicial rhetoric public speaking 57

TEXT LINGUISTICS

KHOMUTOVA T.N. Research text units of integral model 60

LINGUODIDACTICS

GEYKHMAN L.K., TEPLOUKHOVA L.A. Project and communication competence as inte-
gral outcomes of the project FLT approach
67

GREEN PAGES

BAKANOVA S.E. About the history of the origin and the function of the key German literary
terms
72

ZAKHAROVA Т. V. Semantic of ritual meal in Russian and French paremias of hospitality 75

ZAGIDULLINA I.I. Specific of the headlines and finals complex of the Kolymskie stories
written by V. Shalamov
79

KOLKOVA N.A. Russian phraseology in the context of wedding rituals 86

FEDOROVA E.V. Peculiarity of the Phenomenon «The Prose of the poet» (based

on the AUTHORSHIP of M. Zvetaeva, Z. Gippius, E. Guro) 92

KHAMETOVA M.F. National-cultural peculiarities of the concept «Friendship»

in the English language 97

КОГНИТИВНАЯ ЛИНГВИСТИКА


УДК 801 (045)

КОГНИТИВНЫЕ ОСОБЕННОСТИ КОМИКСА КАК КРЕОЛИЗОВАННОГО ТЕКСТА

Л.А Нефёдова
COGNITIVE PECULIARITIES OF COMIC STRIPS AS CREOLIZED TEXTS

L.A Nefyodova

Рассматриваются когнитивные особенности текстов, в которых большую роль играют как вербальные, так и паралингвистические средства. Анализ подобных, т.е. креолизованных текстов представляет особый интерес с точки зрения позна­ния, создания когнитивного стиля читающего, выявления когнитивного компо­нента и организации соответствующей системы.

Ключевые слова: когнитивистика, когнитивный стиль, когнитивная система, семиотика, креолизованный текст, культурная среда, комикс.
The article deals with cognitive peculiarities of texts in which both verbal and para-linguistic means play an important role. Analysis of these creolized texts is of particular interest in terms of cognition and creation of cognitive style of a reader, as well as re­searching cognitive component and building a corresponding system.

Keywords: cognitive science, cognitive style, cognitive system, semiotics, creolized texts, cultural environment, comic strip.

Интерес к паралингвистическим, то есть не­вербальным средствам, сопровождающим пись­менную речь, объясняется в настоящее время стремительным ростом визуальной информации в современной коммуникации. Информационная емкость и прагматический потенциал подобных изданий формируется за счет синтеза вербальных и невербальных средств компонентов текста. Вме­сте с поступательным развитием языка и науки интерес к креолизованным текстам, находящимся на границе лингвистики и других семиотических систем, усиливается и углубляется. Обращение к подобным текстам объясняется тем, что их интер­претация представляет особый интерес для адреса­та с точки зрения познания.

Креолизованными текстами в работе называют­ся «тексты, фактура которых состоит из двух него­могенных частей: вербальной (языковой/речевой) и невербальной (принадлежащей к другим знаковым системам, нежели естественный язык)»1.

Мир креолизованных текстов чрезвычайно многообразен. К ним относится значительная часть газетно-публицистических, научно-технических, инструктирующих текстов, иллюст­рированные художественные тексты, реклама, афиши, комиксы, плакаты, листовки и др., роль которых стремительно возрастает по мере «эска­лации изображения», знаменующей собой качест­венно новый процесс развития речевой коммуни­кации, соответствующей культуре настоящего времени.

Паралингвистически активные тексты, в том числе и креолизованные тексты, обладают своими нормами, регулирующими «внешнее» оформление текста. Н.Э. Клюкановым было введено понятие «графическая норма», под которым понимается стандарт, модель, представляющая собой «пример исторически сложившейся практики зрительного воплощения того или иного типа текста»2. Графи­ческая норма входит в качестве компонента в бо­лее широкое понятие - коммуникативно-прагматическая норма типа текста, объединяющее языковые и неязыковые правила построения тек­стов в определенной типовой ситуации с конкрет-


Нефёдова Лилия Амиряновна, доктор фи­лологических наук, профессор, декан факультета лингвистики и перевода Челябинского государст­венного университета. E-mail: lan2@mail.ru

Liliya A. Nefyodova, Doctor of Philology, Pro­fessor, Dean of the Faculty of Linguistics and Transla­tion, Chelyabinsk State University. E-mail: lan2@mail.ru ной интенцией для достижения оптимального прагматического воздействия на адресата. Конту­ры коммуникативно-прагматических норм нередко едва ощутимы, вместе с тем они являются доста­точно устойчивыми ориентирами для производст­ва и восприятия паралингвистически активных текстов, так как в них отражаются и закрепляются речевые и визуальные стереотипы передачи ин­формации в типовых условиях общения, признан­ные обществом как коммуникативно-целесообразные.

Изображение в разной степени участвует в организации текста. Так, во всем многообразии существующих текстов могут быть выделены три основные группы текстов: тексты с нулевой крео-лизацией, тексты с частичной креолизацией, тек­сты с полной креолизацией.

В первой группе текстов изображение не представлено и не имеет значения для их органи­зации. В двух других группах изображение участ­вует в организации текста, различие между обои­ми заключено в степени связи, «спаянности» в них вербального и изобразительного компонентов.

Начало научному осмыслению креолизован-ных или семиотически осложненных текстов с иконическим компонентом было положено в рабо­тах по семиотике, что обусловлено исследованием изображения как особой знаковой системы, а так­же возможных контекстов ее применения. В тео­рии формирования знаков и символов, то есть обо­значающих, изначально предполагается, что суще­ствует обозначаемое и сигнификация, относитель­но независимая от способа выражения, но детер­минирующая его. Такие сигнификации, или пред­ставления, могут «располагаться» на уровнях пер­цепции, воображения или рациональной организа­ции переживания. Представление есть часть ре­альности как таковой, знаки передают его или ука­зывают на него, но не являются им. Оно может трактоваться как центральная сигнификация, ко­торая устанавливает связь между обозначаемым и обозначающим, организует их отношения в систе­му, функционирование которой и детерминирует порождение знаков.

Говоря о символе как о знаке, следует под­черкнуть его двойственность. Как пишет об этом Ю.М. Лотман, символ, с одной стороны, реализу­ется в своей инвариантной сущности, а с другой стороны, он активно коррелирует с культурным контекстом, трансформируется под его влиянием и сам его трансформирует3. При этом он всегда при­надлежит многомерному смысловому пространст­ву и его выражение не полностью покрывает со­держание, а лишь как бы намекает на него, то есть в данном случае речь идет об асимметрии языко­вого знака, что лежит в основе познания вообще.

Сами по себе восприятия, образы, внутренние концепты не следует рассматривать как знаки, хо­тя они также замещают обозначаемое, то есть они становятся знаками, только если зафиксирована процедура установления надежной связи между ними и элементами реальности. Иными словами, выразительная форма, чтобы стать знаком, должна указывать не только на замещаемый объект, но и отражать собственную способность представлять его.

Знаки формируются в процессах взаимодей­ствия людей с предметным окружением и друг с другом в ситуациях, когда непосредственное ма­нипулирование предметами оказывается невоз­можным или нецелесообразным и есть основания для формирования их заместителей, признанных сообществом в качестве таковых, следовательно, формирование таких знаков происходит лишь в тех случаях, когда высвечиваются условия консти-туирования знака в различных ситуациях позна­ния. По мнению Е.С. Кубряковой, когда меняется окружающая нас действительность, меняются и языковые формы ее репрезентации, и важной осо­бенностью этого процесса является семиотический характер наблюдаемого. В этом случае происходит редукция смыслов исходной содержательной структуры при ее объективации знаками, потому что знак «удерживает» и фиксирует не всю ин­формацию, связанную с обозначаемыми объекта­ми или ситуациями, переводя их при этом в разряд четко осознаваемых сознанием. Закрепляя за вы­бранным знаком особую структуру знания, мы как бы оставляем открытой возможность имплициро­вать тем же знаком связанную и ассоциируемую с ним информацию4.

На уровне знаков люди создают особую куль­турную среду, состоящую из объектов, замещаю­щих другие объекты, указывающих на расчлене­ние жизненного мира, представляющих в особой форме его дифференциальные элементы. Создавая для себя знаковую среду, коммуниканты обеспе­чивают себя средствами для анализа по отноше­нию к окружению, для упорядочения своих пред­ставлений о мире.

Центральными при этом являются проблема визуальной семантики, проблема выделения дис­кретных единиц изображения, проблема взаимо­действия иконической знаковой системы с други­ми, - прежде всего, вербальной семиотической системой.

В плане семиотики иконический язык прин­ципиально не отличается от вербального языка. В.А. Колеватов пишет, что «...любое созданное непосредственно человеком изображение абст­рактно, ибо оно обозначает выделенные отвлечен­ные человеком свойства объекта. В этой своей функции изображение не отличается от слова. Как слово, так и изображение могут выражать понятия разных уровней абстрактности»5. Вместе с тем, изображение не является такой четко выраженной знаковой единицей как слово, а его семантика по сравнению с последним характеризуется значи­тельно меньшей определенностью, расплывчато­стью, размытостью своих границ.

В семантике изображения французский ис­следователь Р. Барт по аналогии со словом выде­ляет денотативные и коннотативные значения. Анализируя рекламу, лингвист различает в ней три вида сообщений: лингвистическое сообщение, ви­зуальное кодированное (символическое) сообще­ние, визуальное некодированное (буквальное) со­общение6. Иконический комплекс, по мнению ав­тора, дает два рода означающих: означающие, оз­начаемыми которых являются реальные предметы, и означающие, означаемыми которых являются идеи, образы, эвфористические ценности и т.д. Информация первого типа является денотативной, в известной степени буквальной, а ее понимание не представляет для адресата трудности и основы­вается на его антропологических знаниях. Инфор­мация второго типа коннотативна, основывается на различных ассоциативных связях, а ее понима­ние предполагает наличие у адресата самых раз­личных знаний - знания культурного кода, соци­альных связей, национальной специфики и т.д., и она допускает многовариантность своего толкова­ния.

Изображения и слова в поликодовом сообще­нии не являются суммой семиотических знаков, их значения интегрируются и образуют сложно-построенный смысл, что очень наглядно демонст­рируется на примере комиксов.

Комикс - это небольшая, наполненная иллю­страциями книжка, или же серия рисунков с соот­ветствующими подписями. Комиксы относятся к текстам с полной креолизацией, иными словами между его вербальной и изобразительной частями устанавливаются отношения взаимозависимости: изображение зависит от вербального комментария филактера (баллона, в который вписывается текст реплики), который детерминирует его интерпрета­цию.

Главная, на наш взгляд, причина популярно­сти комикса состоит в том, что он, будучи креоли-зованным текстом, значительно упрощает и уско­ряет процесс познания. Сверхзадача комикса -выразить как можно больше в наглядном, зритель­ном образе и сопроводить его в нужном объеме и в корректной форме репликами героев. Человек по­знает действительность посредством актуализации некоторых схем восприятия и воображения, или перцептивных схем. Талантливые люди, работаю­щие над созданием комиксов, способны расста­вить необходимые акценты в акте восприятия об­раза, события, явления и сфокусировать внимание человека на главном. Можно долго рассказывать ребёнку о чем-то, но ему всё равно трудно будет это представить. Познакомившись с комиксом, он составит о них более или менее целостное пред­ставление, причём информация, которую ребёнок получит из комикса, будет эмоционально окраше­на, затронет его чувства, а значит и лучше усвоит-ся. Важно отметить, что при восприятии комикса у ребёнка не возникает никаких проблем, визуаль­ную информацию он усваивает лучше, нежели взрослый, поскольку не успел ещё утратить при­обретённые в дошкольном детстве навыки обще­ния с иллюстрированной книгой и картинкой. Следовательно, и специально готовить ребёнка к восприятию комикса не нужно, он постигает его естественным путем. Комикс потому и популярен, что всем понятен, а лёгкость, с которой ребёнок усваивает содержащуюся в комиксе информацию, создаёт у него иллюзию того, что он постиг сущ­ность мира7.

Читатель комикса воспринимает все сразу, органично - и рисунок, и текст, в результате чего выходит на качественно новый уровень обобще­ния. Эти свойства нашей психики уходят корнями в древность, так как сознание человека изначально было синтетичным.

Среди характерных особенностей комиксов как креолизованных текстов Р. Барт выделяет сле­дующие.

  1. Наличие жизненно-мировоззренческого конфликта между различными персонажами, как правило, отражающими ту или иную модель пове­дения (жизни, мировоззрения); причём, надо заме­тить, эта модель не всегда словесно определена или вообще не определяема чётко (словесно), од­нако сам образ действий того или иного героя, как правило, совершенно понятен.

  2. Каждый отдельный рисунок комикса, бу­дучи в достаточной мере самодостаточным как с информационной, так и с эстетической точки зре­ния, тем не менее существует лишь в контексте всего произведения и им целиком определяется; эта особенность присуща вообще подавляющему большинству комиксов, исключением являются лишь малочисленные и соответственно малозна­чимые, так называемые «элитные (авангардные) комиксы».

  3. Как правило, существует определённая доля лаконичности рисунка и текстов, тем не ме­нее нельзя при чтении комикса «скользить» глаза­ми по кадрам, то есть невнимательно рассматри­вать рисунки или читать тексты; авторы комиксов давно уже мстят таким невнимательным зрителям либо помещением весьма важных фрагментов в небросающиеся в глаза картинки, либо шутками вроде маленькой таблички на стене с надписью «Не читай эту надпись» или «Если вы это увидели, позвоните по тел. хх-yy-zz» (иногда это домашний телефон автора).

  4. Динамичность популярного комикса вы­текает из его типологии; комиксы для взрослых в данном случае динамичны немного по другой причине - они предназначены для отдыха (рас­слабления после работы), не слишком напряжён­ного, но и не слишком сонного времяпрепровож­дения.

  5. Яркость как средство привлечения внима­ния. Яркость в данном случае подразумевает не столько яркость цветов, сколько броскость кадра или текста. Яркость в данном случае неразрывно связана с лаконичностью; на эмоциональ-но/сюжетно значимых картинках всегда выделяют важные элементы не только цветом, но и характе­ром рисунка и его ракурсом; из типичных приёмов - выделение в узком кадре части лица, всегда с глазами («зеркало души»), а то и вовсе одни глаза или даже один глаз. Другой распространенный приём - так называемый «летящий фон», он же «летящая перспектива» фон рисунка - сплошное поле яркого цвета (оранжевого, жёлтого, голубого или белого), по которому к одной точке проведены линии; точка эта всегда скрыта за главным объек­том кадра, лицом персонажа, его телом, другим важным объектом или же просто за пределами кадра. Возникает интересный психологический эффект, который в кинематографии последнего времени передаётся резким наездом кадра на лицо персонажа. «Летящие» линии в комиксе создают похожий эффект: если персонаж движется, то они оживляют движение, а если же автор хотел выде­лить персонаж (или предмет), то он как бы «всплывает» в кадре комикса или резко в нём по­является.

  6. Экспрессивность каждого кадра комикса в отдельности или всего стиля рисунка также нераз­рывно связана с лаконичностью и яркостью. Экс­прессивность же персонажей вытекает из практи­ческой невозможности рисунком отобразить ка­кую-либо человеческую эмоцию так, чтобы эта эмоция была наглядна/понятна.

  7. Раскадрованность, выделение главного в отдельные рисунки - одна из привлекательнейших сторон комикса. В книге читатель вынужден сам представлять себе лица героев, их одежду, обста­новку или же читать длинные описания одежды, обстановки или человека. Комикс даёт возмож­ность передать всё это одним кадром8.

В настоящем, классическом комиксе можно выделить два уровня повествования. Первый - это то, что говорит комикс. Второй - что говорится через него, чаще всего неосознанно. Классический газетный комикс состоит из четырех или шести рисунков, связанных единством времени и дейст­вия повторяющихся героев. В пределах ограни­ченного пространства всякий раз происходит за­вязка и кульминация события, которое парадок­сальным образом сохраняет «открытый конец» (бесконечное «продолжение следует»). Сюжет не отличается глубиной, но этого и не требуется. Тем более что любое усложнение повлечет за собой увеличение объема, а законы жанра подразумева­ют небольшую историю.

Подчеркнем, что главная причина популярно­сти комикса состоит в том, что он, будучи креоли-зованным текстом, значительно упрощает и уско­ряет процесс познания. Его когнитивная особен­ность заключается в том, что выражая как можно больше в наглядном, зрительном образе и сопро­вождая его в нужном объеме и в корректной фор­ме репликами героев, происходит более глубокое восприятие действительности. Более того, комикс - это структура в основе своей глубоко мифологи­ческая. Он имеет внешнюю сторону - первичное значение, и внутреннюю (глубокую) сторону -вторичное (глубокое) значение с точки зрения смысла.

Отношение взаимозависимости между изо­бражением, текстом и баллоном, каждый из кото­рых выполняет свои определенные функции, дела­ет комикс креолизованным текстом. Только вос­принимая одновременно изображение, баллоны и текст, мы получаем полную информацию, которую автор хотел донести до нас. Как отмечает Н. Хом-ский, человек, овладевший любым естественным языком, развивает богатую и сложную систему знаний. Эта когнитивная система дает конкретное и точное видение многих фактов, вследствие чего мозг производит вычислительные операции осо­бой формы, чтобы прийти к точным заключениям относительно фактов высокой степени сложности9. Данная система знаний позволяет воспринимать любую информацию, в том числе и неявно выра­женную, которую необходимо воспринять в про­цессе интерпретации.

Когнитивный компонент содержания текста отражает фрагмент действительности в его пре­ломлении в сознании субъектов, соотнесенный с конкретной социокультурной средой и замыслом автора. Он представляет собой конфигурации кон­цептов (образы, представления, понятия) или их объединений (картины, схемы, фреймы), состоя­щих из объектов познания в разных познаватель­ных связях-ролях.

Когнитивная система проявляется в понятии когнитивного стиля, который свойствен каждому человеку. В широком смысле «когнитивный стиль» определяется как предпочитаемый подход к решению проблем, характеризующий поведение индивида относительно целого ряда ситуаций и содержательных областей, но вне зависимости от его интеллектуального уровня, то есть для выде­ления стиля важно не достижение цели, а то, ка­ким образом она достигается10.

Определение понятия «когнитивный стиль» фиксирует роль личностных факторов, способ­ность индивида организовать когнитивные струк­туры, определить активность субъекта в познава­тельных процессах. Чтение комикса особым обра­зом формирует когнитивный стиль читающего. Этому способствует то, что каждая рисованная история имеет определенную структуру и подчи­няется особым правилам, таким как например: комикс должен начинаться и заканчиваться от­дельной полосой; композиция комикса всегда строится разворотами; действие на развороте со­ставляет собой законченный эпизод, как абзац в литературном тексте; действие на развороте раз­ворачивается из верхнего левого угла в нижний правый угол; каждый разворот заканчивается ка­дром, побуждающим читателя перевернуть стра­ницу; персонаж, расположенный у края кадра, ближнего к краю полосы, должен быть развернут в сторону центра полосы; время в комиксе передает­ся при помощи пространства листа бумаги, на ко­тором он напечатан и т.д.

Говоря же о скрытых механизмах языковой коммуникации, об общих закономерностях интел­лектуальной деятельности человека, речь идет по мнению Е.С. Кубряковой, о том, что можно кон­кретно извлечь из языкового материала и как да­леко могут зайти процессы абстракции в ходе его описания. Путь от поверхностных структур - к глубинным, от явлений - к сущности проходит каждый говорящий в актах восприятия и понима­ния речи11, что особенно ярко проявляется в ко­миксах.

Важной проблемой в раскрытии заложенной в тексте информации является то, что человек опе­рирует не только языковыми данными, в свою ре­чевую деятельность он привносит еще и мнения, верования, свои личностные характеристики. В.В. Красных называет такие структуры феноменоло­гическими, так как они формируют совокупность знаний и представлений о феноменах экстралин­гвистической природы, то есть об исторических событиях, реальных личностях, законах природы, произведениях литературы12. Речь идет о том, что общение и понимание невозможны, если комму­никанты не владеют общими когнитивными структурами (общим фондом знаний), поскольку чем больше «коллективных» когнитивных струк­тур, тем глубже и адекватнее происходит понима­ние.

Когнитивные структуры перекликаются с пресуппозициями, но если пресуппозиция харак­теризует любой вид коммуникации, то когнитив­ные структуры чаще функционируют в рамках межкультурной коммуникации. Исследователи выделяют несколько типов когнитивных структур с точки зрения прецедентности феноменов:

1) социумно-прецедентные феномены, из-
вестные любому среднему представителю того или
иного социума (генерационного, социального,
конфессионального, профессионального);


  1. национально-прецедентные феномены, из­вестные любому среднему представителю того или иного национально-культурного сообщества;

  2. универсально-прецедентные феномены, из­вестные любому «homo sapiens» и входящие в «универсальную» когнитивную структуру13.

Все перечисленные феномены способствуют выявлению типологии когнитивных структур, в результате реализации которых имеет место пол­ноценное общение. Так как когнитивные структу­ры, интерпретирующие воспринимаемые высказы­вания и инициирующие продуцируемые высказы­вания, вырабатываются постепенно в рамках фор­мирования когнитивного стиля. Анализ комикса с позиций когнитивной лингвистики предполагает рассмотрение формально представленной стороны языка и его содержательной стороны под углом изучения познавательных потребностей коммуни­кантов. На первый план здесь выходит системати­зация знаний о мире, которая предусматривает его концептуализацию. При этом видимая условность плана выражения предписывает представлять со­держание в максимальной степени конкретизации в ментальных репрезентациях, формально обеспе­чиваясь относительным минимумом языковых средств.

Изображение как важнейший компонент кре-олизованного текста несет в нем значительную функциональную нагрузку. Достаточно разнооб­разно и ярко функции изображения представлены в текстах комиксов, где иконические и другие па-ралингвистические средства (цвет, пгрифт и др.) часто выступают как обязательный признак тек­стового типа.

Средства визуальной коммуникации способ­ствуют реализации следующих функций: аттрак­тивной, информативной, экспрессивной и эстети­ческой.

Аттрактивная функция заключается в назна­чении изображения привлекать внимание адресата, участвовать в организации визуального воспри­ятия текста. В комиксах абсолютно каждое изо­бражение выполняет эту функцию.

Информативная функция заключается в том, что изображение может дать полную информацию только в сопровождении с текстом и репликами персонажей, иначе оно может быть понято пре­вратно или может дать неполную информацию.

Экспрессивная функция изображения заклю­чается в его назначении выражать чувства адре­санта и воздействии на эмоции адресата.

Эстетическая функция изображения состоит в том, чтобы в наглядных, чувственно восприни­маемых образах легче реализовать художествен­ный замысел, воздействовать на эстетические чув­ства адресата. По сравнению с вербальным компо­нентом изобразительный компонент, как правило, выступает в качестве основного носителя эстети­ческой информации.

Подобно аттрактивной функции, экспрессив­ная и эстетические функции также заключены практически в каждом кадре комикса.

Текст, присутствующий в комиксе, как и изо­бражения, и баллоны, помогает созданию креоли-зации. Он обычно передает всю ту информацию, которую не может передать прямая речь или рису­нок, то есть это чаще всего либо описание места действий, либо расшифровка намерений и дейст­вий, либо описание результата действия.

В когнитивном плане вырисовывается сле­дующий момент: когда текст задан как объект восприятия - он интерпретируется с учетом уни­версальных стратегий, так как если бы их не бы­ло, то иллюзии восприятия не совпадали и не были бы однотипными у разных людей. Не происходило

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   27
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации