Овчарова Л.Н. Социально-демографический профиль, факторы и формы проявления бедности российского населения - файл n1.doc

Овчарова Л.Н. Социально-демографический профиль, факторы и формы проявления бедности российского населения
Скачать все файлы (714.5 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.doc715kb.01.02.2014 13:30скачать

n1.doc

1   2   3   4   5

Таблица 2. Риск попадания в число бедных, % от численности домохозяйств заданного демографического типа, 2005 г.


Демографический тип семьи:

Все семьи

Бедные по доходам

Бедные по лишениям

Бедные по немонетарной

субъективной бедности

Семьи с детьми:

100.0

43.5

21.9

18,7

супружеские пары с 1 ребенком

100.0

25.8

10.7

11.5

супружеские пары с 1 ребенком и другими родственниками

100.0

30.5

22.2

7.7

супружеские пары с 2 и более детьми

100.0

52.6

14.5

16.2

супружеские пары с 2 и более детьми и другими родственниками

100.0

55.8

28.3

18.9

одинокие матери (отцы) с детьми

100.0

41.8

21.4

34.3

одинокие матери (отцы) с детьми и другими родственниками

100.0

54.3

34.3

29.0

Семьи без детей:

100.0

17.9

29.0

30,9

одиночки пенсионного возраста

100.0

11.0

49.1

50.3

одиночки трудоспособного возраста

100.0

24.6

17.2

29.7

супружеские пары в пенсионном возрасте

100.0

5.4

39.7

31.4

супружеские пары в трудоспособном возрасте

100.0

21.4

14.0

14.0

другие семьи без детей

100.0

26.9

24.8

34.4

Все семьи в среднем

100.0

25.7

28.5

42.3

Источник: расчеты на основании данных выборочного обследования 2690 домохозяйств Ленинградской области
Данный результат эмпирически доказывает, что качественная неоднородность бедности, идентифицируемая при использовании различных критериев, продолжает сохраняться и на фазе экономического подъема. Это доказывает необходимость, во-первых, включения альтернативных измерений в постоянный мониторинг бедности; во-вторых, разработки дифференцированной политики содействия сокращению бедности.

Тот факт, что различия в профиле бедности проявились в основном в соотношении домохозяйств с детьми и пожилыми, предопределил целесообразность рассмотрения многокритериальных линий бедности отдельно для семей с детьми и семей с пенсионерами (рис.4). Очевидно, что в 2010 г. абсолютная монетарная бедность пожилых практически ликвидирована, но масштаб немонетарной бедности не сокращается. Многие пенсионеры смирились с лишениями в потреблении и не воспринимают их как бедность, а семьи с детьми стали лидерами по субъективной бедности, и в большинстве случаев она выходит за рамки дефицита доходов и текущего потребления. Субъективно бедные семьи с детьми пессимистично оценивают свои шансы дать детям образование и улучшить жилищные условия.

Все домохозяйства

Домохозяйства пенсионеров






Домохозяйства без детей

Домохозяйства с детьми до 18 лет







Источник: данные выборочного обследования «Кризис и поведение домашних хозяйств», 3000 домохозяйств , 2010 г.
Рисунок 4. Уровень бедности на основе альтернативных критериев для семей различного социально-демографического состава, %
Представленные в данной главе результаты анализа эмпирических данных наглядно показывают необоснованность приоритетной ориентации на монетарные линии бедности. Использование альтернативных немонетарных измерений существенно меняет не только масштаб, но и профиль бедности, и не только потому, что осуществляется переход к линиям бедности более высокого порядка, но и потому, что часть домохозяйств в данном случае теряют статус бедности. Это означает, что монетарные линии бедности перестали соответствовать концептуальным теоретическим основам.

Таким образом, было получено эмпирическое подтверждение трех видов альтернативности при измерении бедности. Первый возникает в случае монетарных линий бедности в цепочке: абсолютная, относительная, субъективная линия бедности - и означает концептуальный переход к линиям бедности более высокого порядка по принципу включенных множеств. Второй - концептуальный переход при немонетарном определении бедности, когда уже не идет речь о включенных множествах, и каждое определение имеет зону самостоятельной бедности. И наконец, третий случай, когда в рамках одной концепции сравниваются монетарные и немонетарные критерии бедности.

В данной главе также представлены результаты тестирования влияния на уровень и профиль бедности сценариев внедрения относительных линий бедности и шкал эквивалентности доходов.

Применение абсолютной линии бедности и шкал пересчета душевых доходов в эквивалентные влечет за собой существенное снижение уровня и глубины бедности (табл. 3). При использовании национальной шкалы эквивалентности уровень бедности в среднем по населению сокращается на 32% . В случае других, более жестких международных шкал, эффект снижения бедности еще больше, но изменения в структуре потребления домашних хозяйств пока не подтверждают целесообразность их применения. Использование шкал находит свое отражение и в изменении профиля бедности, сокращая бедность среди семей с детьми.

Эмпирически подтверждено, что в случае использования относительной черты бедности применение эквивалентных шкал приведения доходов к сопоставимому виду практически не влияет на масштаб бедности, но они корректируют профиль, повышая риски для пенсионеров, и сокращая для семей с детьми. Следовательно, в случае перехода на стандарты ОЭСР по измерению бедности внедрение относительной монетарной черты бедности приведет к увеличению численности бедных, но использование шкал эквивалентности доходов практически нивелирует данный рост. По совокупности следует ожидать незначительного роста численности бедных, но снижения рисков бедности для семей с детьми и их повышения для домохозяйств пенсионеров.

Таблица 3. Риски бедности для семей разного социально-демографического типа при использовании различных шкал эквивалентности, % от числа домохозяйств

Демографический тип домохозяйства

Все домо-хозяйства

Распола-

гаемые

ресурсы на душу

Шкала эквивалентности:

Нацио-нальная шкала

Оксфордская

шкала ОЭСР

Компаративная шкала ОЭСР

Домохозяйства с детьми:


100,0

54,6

39,6

28,0

12,7

супруги с 1 ребенком


100,0

31,3

19,6

14,8

7,4

супруги с 1 ребенком и другими родственниками

100,0

39,7

21,4

14,7

4,4

супруги с 2 детьми


100,0

50,9

33,0

25,3

12,7

супруги с 2 детьми и другими родственниками.

100,0

58,0

36,8

22,2

7,9

супруги с 3 и более детьми


100,0

74,1

61,7

44,9

22,6

супруги с 3 и более детьми и другими родственниками

100,0

79,7

69,3

41,3

13,7

мать (отец) с детьми


100,0

49,8

40,3

35,6

22,8

мать (отец) с детьми и другими родственниками

100,0

52,9

34,7

24,7

10,3

Домохозяйства без детей:


100,0

17,0

12,5

11,0

8,3

домохозяйства пенсионеров


100,0

7,7

6,5

5,8

5,3

домохозяйства трудоспособных


100,0

19,3

16,5

15,3

13,2

домохозяйства пенсионеров и трудоспособных

100,0

24,0

14,6

11,7

6,4

Все домохозяйства


100,0

26,9

18,0

14,3

8,4

Источник: данные выборочного обследования домохозяйств , НОБУС, 2003 г.
Третий круг задач, решаемых в данной главе, связан с исследованием особенностей бедности посредством детализации социально-демографического и экономического профиля домохозяйств с детьми, трудоспособными и пенсионерами. Выбор данных типов домохозяйств обусловлен особенностями российского профиля бедности, проявившимися в преобладании работающих и семей с детьми, и влиянием альтернативных критериев определения бедности на риски для пожилых и детей. Детальные профили бедности позволяют сформулировать основные гипотезы относительно факторов бедности.

Результаты исследования показали, что среди бедных семей с детьми в 72% есть взрослые, индивидуальные доходы которых ниже величины прожиточного минимума, в 55% на двух трудоспособных приходится более одного ребенка и 34% имеют в своем составе трудоспособных граждан, которые не работают, не учатся и не получают пенсию. Низкооплачиваемая занятость, отсутствие работы и высокая иждивенческая нагрузка представлены и среди небедных семей с детьми, но уровень их распространенности намного ниже. Комбинирование обозначенных экономических и демографических характеристик позволяет сделать вывод о том, что хотя бы один из данных императивов бедности присутствует у 95% бедных домохозяйств с детьми, два – у 56% и максимальной концентрацией отличается практически каждая десятая бедная семья с детьми. Это означает, что есть такие зоны детской бедности, где она является следствием сложных причинно-следственных связей. Ситуация, когда бедность обусловлена только особенностями взаимоотношений с рынком труда, превалирует: у 40% бедных семей с детьми наблюдаются только факторы данного типа. Случаи, когда бедность обусловлена только высокой демографической нагрузкой, характерны для 11% бедных семей с детьми.

Для ответа вопрос о том, насколько низкооплачиваемая занятость и незанятость трудоспособных повышают риски бедности, были выделены семьи, в составе которых представлены низкооплачиваемые работники, безработные и экономически неактивные граждане в трудоспособной возрасте. Целям данной задачи наилучшим образом соответствуют данные выборочного обследования 3000 домохозяйств Ленинградской области в 2005 г., обозначенного в качестве информационной базы диссертационного исследования и позволяющего оценивать бедность на основе альтернативных критериев. Инструментально осуществить выявление детерминант бедности на основе анализа профилей позволяет показатель соотношения рисков бедности анализируемой группы с рисками бедности домохозяйств, где все трудоспособные имеют доходы от занятости или учатся, которые определены как контрольная группа. Основные характеристики бедности исследуемых и контрольной групп представлены в таблице 4.




Таблица 4. Доля различных типов домохозяйств с трудоспособными среди бедных и небедных, %

Домохозяйства с:

Всего

Домохозяйства

по доходам

по лишениям

по субъективной оценке

небедные

бедные

небедные

бедные

небедные

бедные

безработными

7,9

4,5

17,7

7,4

9,1

6,9

9,3

трудоспособными, экономически неактивными, которые не учатся, ухаживают за детьми или родственниками

3,8

2,7

6,7

4,2

2,8

4,2

3,3

трудоспособными, экономически неактивными, которые не учатся, не ухаживают за детьми или родственниками

4,3

2,4

9,7

3,9

5,2

3,7

5,2

работающими трудоспособных возрастов, получающими заработную плату ниже величины ПМ

19,4

9,8

43,8

20,4

16,7

21,6

16,3

работающими, получающими заработную плату в интервале от ПМ до 1,5 ПМ, имеют детей до 18 лет

7,3

3,7

18,1

7,0

8,2

6,9

7,9

занятыми трудоспособного возраста

62,6

58,7

72,7

71,5

40,0

78,1

41,3

Источник: расчеты на основании данных выборочного обследования 2690 домохозяйств Ленинградской области
Расчеты показали, что у домохозяйств с безработными, по сравнению с контрольной группой, риск бедности выше: в 1,9 раз в случае, когда чертой бедности является прожиточный минимум; в 1,8 раза при использовании индекса лишений или субъективной немонетарной линии бедности. Аналогичная ситуация характерна для домохозяйств, имеющих в своем составе экономически неактивных трудоспособных граждан, в лучшую сторону отличается только группа, где экономическая неактивность обусловлена необходимостью ухода за детьми или родственниками. Самой массовой в данном анализе является группа домохозяйств с работниками, имеющими заработную плату ниже прожиточного минимума. Она характеризуется консенсуальностью рисков бедности в сравнении с контрольной группой, которые выше в : 1,9 раза для доходной бедности и бедности по лишениям и в 1,8 раз в случае субъективной бедности. Второй из рассматриваемых вариантов низкооплачиваемости (см. табл. 4) показывает, что в семьях с детьми заработки в интервале от ПМ до 1,5 ПМ также повышают риск бедности, как и зарплата на уровне ПМ. В данном случае различия проявляются на уровне немонетарных рисков бедности, для которых рассматриваемый показатель выше, чем в контрольной группе только в 1,4 раза по индексу лишений и 1,3 раза по субъективной бедности.

Для семей с пенсионерами основной индивидуальной характеристикой, понижающей риск бедности, является сохранение занятости после выхода на пенсию. На домохозяйственном уровне максимальные риски бедности возникают тогда, когда пенсионеры содержат других иждивенцев: в 85% случаев такие семьи попадают в число бедных.

Анализ динамики уровня и профиля бедности позволил реализовать первый этап типологизации причин бедности, позволивший выделить четыре группы факторов, объединяющие внешние по отношению к домохозяйству и внутрисемейные характеристики, которые детально рассмотрены в следующей главе.

В главе 4 «Основные тенденции в изменении структуры факторов бедности российских домохозяйств» представлены результаты исследования, позволяющие типологизировать основные факторы бедности на макро- и микроуровнях и оценить их динамику за годы постсоветского периода. На макроуровне в основу качественной классификации факторов положены результаты обобщения неоднородности бедности, выявленной на основе альтернативных критериев ее измерения, детализации профиля бедности основных социально-демографических типов домохозяйств и анализа влияния проводимой социально-экономической политики на благосостояние населения. На микроуровне данная задача решалась посредством построения логистической регрессионной модели, оценивающей влияние социально-экономических и демографических особенностей индивидов и домохозяйств на вероятность оказаться в составе бедных. В результате удалось выявить представленные ниже группы факторов и оценить изменение в их структуре за годы рыночной трансформации.

1. Динамика уровня, структуры и неравенства доходов. Системный кризис 90-х годов, сопровождавшийся практически двукратным падением ВВП, повлек за собой еще более масштабное снижение доходов населения (рис. 5). После либерализации цен реальные душевые доходы в декабре 1992 г. составили 43,6% от уровня декабря 1991 г., заработная плата - 51,4% и пенсии - 42,5%. Исторического минимума доходы (42,6%), заработная плата без учета фонда скрытой оплаты труда (27,2%) и пенсия (27,6%) достигли по результатам августовского кризиса 1998 года. На этапе экономического подъема кризисное падение доходов населения было отыграно, но наблюдаемая реальная заработная плата и реальная пенсия даже на пике роста оставались ниже уровня 1991 года. Последующее увеличение пенсий в 1,54 раза за три года последнего экономического кризиса (2008-2010 гг.) способствовало преодолению бедности среди пожилых. Официальная реальная заработная плата продолжает оставаться ниже предреформенного уровня, что объясняет высокое представительство работников среди бедных и повышает неустойчивость систем пенсионного обеспечения и социального страхования, доходы которых формируются за счет официальной заработной платы.



Источник: рассчитано на основании официальных данных Росстата

Рисунок 5. Динамика реальных душевых денежных доходов, заработной платы и пенсии, %, 1991 г. =100%, данные за декабрь
Становление рыночных отношений в России сопровождалось стремительным ростом неравенства в распределении доходов, и экономический рост не способствовал его снижению, а, наоборот, сопровождался увеличением коэффициента концентрации доходов Джини и фондового децильного коэффициента дифференциации. В результате разрыв между доходами 10% самых обеспеченных и 10% самых бедных увеличился с 4,5 раза в 1991 г. до 16,8 раз в 2010 г. Как следствие высокой дифференциации доходов, при том что в 2010 г. реальные средние доходы составили 138% от уровня 1991 г., 40% населения еще не восстановили их на предреформенном уровне (рис. 6). В динамике макроэкономических факторов бедности кризисное падение доходов уступило лидерство неравенству.

Поляризация и рост доходов в значительной степени обусловлены развитием таких источников денежных поступлений домохозяйств, как доходы от собственности и предпринимательской деятельности, составляющих порядка 20% от общего объема доходов. Доступ к ним ограничен у 80% российского населения, поэтому высокие темпы роста доходов на этапе экономического подъема не нашли должного отклика в динамике уровня и форм проявления бедности.


Источник: рассчитано на основании официальных данных Росстата
1   2   3   4   5
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации