Ерёмин Е.М. Стратегия освоения библейского текста в творчестве Б. Гребенщикова - файл n1.doc

Ерёмин Е.М. Стратегия освоения библейского текста в творчестве Б. Гребенщикова
Скачать все файлы (1378.5 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.doc1379kb.01.04.2014 06:28скачать

n1.doc

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16


БЛАГОВЕЩЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ

ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

Ерёмин Евгений Михайлович

СТРАТЕГИИ ОСВОЕНИЯ БИБЛЕЙСКОГО ТЕКСТА

В ТВОРЧЕСТВЕ Б.  ГРЕБЕНЩИКОВА

10.01.01 — русская литература

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание учёной степени

кандидата филологических наук


Научный руководитель
доктор филологических наук, профессор

Красовская Светлана Игоревна

Благовещенск — 2010

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

3

ГЛАВА I. «чужое» слово и библейский код

в Заголовочном комплексе альбомов и песен Б. Гребенщикова

1.1. «Книга Песен БГ»: заголовочный комплекс и архитектоника

1.2. Библейский код в названиях альбомов Б. Гребенщикова

1.3. Альбом Б. Гребенщикова «Сестра Хаос»: заглавие и текст


19


22

39

54


ГЛАВА II. ОСВОЕНИЕ БИБЛЕЙСКОГО ТЕКСТА В ПЕСНЯХ Б. ГРЕБЕНЩИКОВА

109

2.1. Цитирование Библии в контексте субъектной организации песен Б. Гребенщикова на материале альбома «Лилит»


109

2.2. Крылатые выражения библейского происхождения в текстах песен Б. Гребенщикова: модификация топосов в тропы

2.3. Библейский интертекст в системе интертекстов (на примере песни Б. Гребенщикова «Электрический пёс»)

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ЛИТЕРАТУРА

ПРИЛОЖЕНИЕ

164
189
223

230



В последнее десятилетие в академическом литературоведении прочно укрепилось направление, занимающееся освоением и осмыслением рок-поэзии. Идёт активная разработка обширного поэтического материала, ведутся острые научные дискуссии по определению самого явления рок-поэзии, а также по вопросам методологии исследования. Таким образом, на сегодняшний день, рок-поэзия покинула периферию научного поля и всё больше и больше приобретает акцентное значение. Ситуация в науке отражает собственно художественную ситуацию.

Между тем, уже существует понятие «рок-классика», к которой, без сомнения, относится творчество мэтра отечественного рока – Бориса Гребенщикова.

Борис Гребенщиков вместе с Майком Науменко в Ленинграде и Андреем Макаревичем в Москве является подлинным родоначальником рок-поэзии в СССР. С конца 70-х годов именно Ленинград становится центром русского рока. Здесь, в начале 80-х создаётся первый в стране рок-клуб. В 1980-е годы русский рок бытует в живом звучании и студийных записях, исполняется в электричестве и акустике, в групповом исполнении и сольном.

К концу 1980-х гг. рок выходит, как принято говорить, из подвалов на стадионы, перестаёт быть составной частью контркультуры и / или субкультуры и всё больше сближается по ряду критериев с культурой официальной, что позволяет исследователям говорить о смерти русского рока1. Однако у русского рока в 1990-е гг. возникает новая специфическая для него форма бытования – на бумаге. Тексты рок-песен появляются в печати, обретая, таким образом, новый статус – статус стихотворений.

Тогда же, в 1990-е гг., начинается филологическое изучение русской рок-поэзии. Одним из первых, начинает исследоваться и «классик» русского рока – Борис Гребенщиков2. Уже давно выходят не только аудио и видеодиски Гребенщикова, но и сборники текстов, которые функционируют как обычные поэтические книги. Появляются литературоведческие работы частного характера, авторы которых анализируют отдельные аспекты его поэтики3. Круг проблем, который затрагивается в этих работах, достаточно широк, однако и в нём можно выделить одно из самых крупных направлений – исследование различных проявлений «чужого» слова.

Творчество БГ, и русский рок в целом, как и всякое явление эпохи постмодернизма, насыщено многочисленными отсылками к предшествующей культурной традиции – от русской классической литературы и фольклора до англоязычной поэзии ХХ века и современного кинематографа. Атрибуция и интерпретация такого рода цитат – одна из актуальных проблем изучения рок-поэзии. Не менее важна проблема авторства, которая непосредственно связана с субъектно-объектными отношениями.

Обращением к комплексу этих проблем определяется научная актуальность нашего исследования.

Материалом диссертации стали изданные тексты песен Б. Гребенщикова, звучащие альбомы, интервью с ним.

Объектом научного осмысления в диссертации избран весь корпус песенных текстов поэта, рассмотренный в аспекте освоения библейского слова.

Предмет исследования – библейский текст в песнях Б. Гребенщи­кова.

Стало общим местом отмечать интертекстуальный характер поэтических текстов Гребенщикова. При этом коллажная «затопленность» собственно «своего» слова «чужим», эклектика, поэтическая изощрённость, рафинированное эстетство БГ, склонность к литературной экзотике зачастую декларируется едва ли не фирменным стилем поэта, знаком его принадлежности постмодернистской эстетике. Дабы обосновать ризоматичность4 его художественного мышления акцентируется внимание на многочисленных интертекстуальных отсылках, якобы децентрирующих текст. Если допустить верность этого хода рассуждений, то логика приведёт к навязыванию автору так называемой эпистемологической неуверенности5 (кризиса веры, кризиса авторитетов) и релятивистской картины мира.

А между тем, религиозная проблематика является, можно сказать, константой творчества БГ, а его песни буквально «прошиты» библеизмами, которые суть фрагменты главного религиозного текста в европейской культуре – Библии.

Говорить только о различных формах интертекстуальности в творчестве Б. Гребенщикова – значит упускать нечто неизмеримо важное. На самом деле, разговор о стратегиях освоения библейского слова, (как проявление принципиально иного способа мышления), неминуемо выводит нас на более масштабные проблемы творчества поэта и музыканта, как сугубо художественные, так и мировоззренческие, духовные. К таковым относятся вопросы об особенностях художественного мышления и художественной картины мира поэта, об уникальности его творческого почерка.

Исходя из этого, формулируется и цель нашей работы: изучить стратегии освоения библейского слова в художественных текстах Б. Гребенщикова; исследовать взаимодействие между художественным мышлением и поэтикой Гребенщикова; обозначить вопрос о месте поэзии Гребенщикова в контексте современной литературно-культурной ситуации; конкретизировать научную парадигму исследования.

Цель работы диктует решение следующих задач:

– сформировать теоретико-методологическую базу исследования и определить необходимый рабочий терминологический аппарат;

– осуществить текстологическую сверку ранних редакций песен Гребенщикова и последней их авторской редакции (Книга Песен БГ. М., 2006);

– исследовать функционирование библейского слова в заголовочных комплексах отдельных песен, альбомов, а также сборника «Книга Песен БГ»;

– проанализировать характер цитирования библейского текста в контексте субъектной организации песен, а также сюжетообразующую роль библейских эпизодов в песнях;

– проанализировать приемы работы с библейскими «крылатыми выражениями» в текстах Гребенщикова;

– проанализировать характер взаимодействия библейского текста с другими прецедентными текстами;

– обозначить вопрос о месте поэзии Гребенщикова в контексте современной литературно-культурной ситуации;

– проанализировать роль библейского текста в рецептивной цепочке: автор—текст—читатель;

– обозначить вопрос о месте поэзии Гребенщикова в контексте современной литературно-культурной ситуации, конкретизировать научную парадигму исследования;

– охарактеризовать художественную картину мира БГ.
Научная новизна исследования. В работе впервые сделан акцент на присутствии в творчестве Б. Гребенщикова библейского текста. Проведён комплексный структурный анализ его освоения на всех поэтических уровнях – от лексического до сюжетно-композиционного. На примере «работы» механизма освоения библейского текста показаны специфические для Гребенщикова и в то же время универсальные стратегии освоения «чужого» слова; через избранный аспект поэтики исследована авторская модель мира, выявлена оригинальность индивидуального творческого почерка БГ; расширены сложившиеся в литературоведении представления о художественной картине мира поэта. Впервые по отношению к творчеству БГ применён рецептивный подход с анализом коммуникативного аспекта его песен. В процессе работы осуществлялась не проводившаяся прежде текстологическая сверка ранних редакций песен Гребенщикова и последней их авторской редакции («Книга Песен БГ». М., 2006).

Методологической и теоретической основой исследования являются труды современных теоретиков и историков литературы, литературоведов, занимающихся исследованием лирики как литературного рода, критиков, освещающих проблемы рок-культуры в целом и рок-поэзии, в частности.

Первостепенное значение для методологического обоснования диссертационной работы имеют исследования лирики как литературного рода, проблем цикла и циклизации (Н. А. Веселовой, М. Н. Дарвина, Ю.М.  Лотмана, И. В. Фоменко, Р. О. Якобсона); исследования, освещающие проблемы освоения «чужого» слова, интертекстуальности (Ю. Кристевой, Н. В. Кораблёвой, Е. А.  Козицкой), исследования субъектно-объектных отношений и коммуникативного аспекта в лирике (Б. О. Кормана, Ю И. Левина, О. А. Меерсон, Ц. Тодорова, Б. А. Успенского, М. Н.  Эпштейна).

В работу были вовлечены многочисленные материалы литературно-критических статей и монографий по рок-поэзии И. В. Смирнова, А. Тимашёвой: Ю. В. Доманского, Т. Е. Логачёвой, О. Э. Никитиной, О. Р. Темиршиной и др.

Диссертация является историко-литературной работой и опирается на системно-типологический, структурно-семантический, мифопоэтический и рецептивный методы исследования.

Сейчас по проблемам литературоведческого анализа рок-текстов пишутся научные статьи, защищаются диссертации, регулярно выходят в свет тематические сборники. Вместе с тем до сих пор продолжаются споры как о статусе самой рок-поэзии, так и о том, насколько правомерен сугубо филологический подход к ней, допустимо ли использовать сугубо литературоведческий инструментарий применительно к песенным текстам, являющимся составной частью синтетического целого – рок-композиции. С этим вопросом необходимо разобраться, дабы избежать терминологической путаницы.

Крупнейший историк русского рока И. В. Смирнов, определяя его суть, отмечал, что для рока «характерно заимствование выразительных средств традиционных жанров: музыкального, поэтического (текст) и театрального (шоу), которые образуют единое и неделимое на составные элементы целое – РОК-КОМПОЗИЦИЮ»6.

Настаивает на том, что рок-текст «имеет особую синтетическую природу и следовательно в корне отличен от собственно литературного текста» С. В. Свиридов. По его глубокому убеждению, текстом в рок-искусстве «является единый синтагматический ряд, объединяющий музыку, слово и пластику»7. (Разрядка в цитате авторская. – Е. Е.). Здесь само слово «текст» в отношении рок-искусства употребляется только в данном смысле.

Исходя из этого, исследователь справедливо предлагает выделять в синтетическом тексте соотносящиеся с ним как часть к целому субтексты: «вербальный», «музыкальный» и «пластический». А определять характер текста будет корреляция составляющих его субтекстов. Она является взаимной обусловленностью разнородных субтекстов. Именно она и конституирует синтетический текст. Иными словами, суть её состоит в том, что несколько разнородных выразительных рядов ведут к единому плану содержания8. «Поэтическим полем корреляции» является ритм, звук и композиция – те аспекты, которые наличествуют и в вербальном, и в музыкальном субтекстах.

О синтетической природе рока говорит и Ю. В. Доманский: «Под рок-поэзией в русской культуре новейшего времени традиционно понимают словесный компонент рок-композиции, в которой, кроме этого, есть компоненты музыкальный и, условно говоря, перформативный, связанный с особенностями исполнения»9.

Спорить с мнением авторитетных исследователей трудно и не нужно, так как мнение это справедливо. Однако свою позицию также необходимо оговорить. Принимая взгляд на рок-текст как синтетический текст, конституированный корреляцией вербального, музыкального и пластического субтекстов, мы считаем, что вычленение для филологического анализа вербального субтекста не только возможно, но и целесообразно. Ситуацию можно сравнить со структурным анализом поэтического текста, когда через анализ одного из поэтических уровней, даже самого низшего, можно выйти к широким обобщениям и выводам, которые будут иметь отношение ко всему художественному целому текста.

Поэтому, говоря о рок-поэзии Гребенщикова, мы будем иметь в виду прежде всего её вербальную составляющую (вербальный субтекст) и будем именовать её текстом, так как, поскольку нет разговора об иных субтекстах, то нет и нужды их разграничения. Однако это не означает, что музыкальный субтекст будет полностью игнорироваться: в специально оговорённых случаях мы будем ссылаться именно на звучащий вариант песни, а также активно привлекать его в анализе композиции песен. Те или иные аспекты поэтической корреляции (звук, ритм, композиция) обязательно будут вовлекаться в разговор о текстах БГ. Кроме того, предметом нашего пристального внимания становится их коммуникативная функция, на которую впервые обратила внимание Т. Е. Логачёва: все составные части рок-композиции, включая непосредственно вербальный текст, выполняют и эстетическую, и социально-коммуникативную, и религиозно-культовую функции10.

Такой подход к поэзии Гребенщикова обусловлен, прежде всего, объективными причинами. Известно, что представители «новой волны» русского рока, к коим относят и БГ, «<…> сделали текст равноправным компонентом в составе рок-композиции. Примат музыки был отвергнут. <…> Они стали время от времени давать концерты вообще без электрических инструментов, с обычными акустическими гитарами, бонгами, флейтами и тому подобным <…> аккомпанементом. <…> И АКВАРИУМ, и ЗООПАРК, и КИНО вводили такие концерты в традицию. И здесь, безусловно, качество текста становилось просто проблемой номер один»11.

Сборники текстов ставшими рок-классиками авторов (А. Макаревича, Б. Гребенщикова, М. Науменко, А. Башлачёва), начинают функционировать как обычные книги12. Это дало возможность первым исследователям их творчества утверждать, что «собственно текст рок-композиции по аналогии с текстом фольклорным или драматическим может являться объектом самостоятельного изучения»13. Тот факт, что «очень многие рок-стихи к настоящему времени изданы в печатном виде <…> не только предполагает возможность их восприятия в отрыве от музыки и исполнения, но и несомненно свидетельствует о самостоятельном функционировании рок-текстов как фактов литературы»14.

Таким образом, выйдя «из мелочей литературы, из ее задворков и низин»15, начав с подражания западным музыкальным образцам, русский рок становится все более вербально ориентированным: для А. Макаревича, Б. Гребенщикова, М. Науменко, В. Цоя, К. Кинчева, Ю. Шевчука, А. Башлачева и других «более правильным было бы определение «поющие поэты»», поскольку в их творчестве «основной акцент делался на тексты»16.

По наблюдениям Е. А. Козицкой, рок-авторы «по-своему рецептируют фольклорную, советскую и классическую литературную традицию, воплощая в текстах сложное, далеко не однозначное отношение к культурному наследию прошлого»17. Таким образом, «русская рок-поэзия оказывается литературным фактом в ряду других, занимает свое место в метатексте отечественной и мировой культуры, устанавливает свою литературную генеалогию»18.

Исследовательская практика последних лет показывает: применение к анализу рок-текстов таких литературоведческих понятий, как интертекстуальность, неомифологизм, карнавализация, гротеск, постмодернизм и пр.19, в целом ряде случаев позволяет более глубоко и полно понять, адекватно интерпретировать конкретные рок-тексты.

Приступая к исследованию стратегий освоения «чужого», а конкретно, библейского текста в песенном творчестве Гребенщикова, постараемся помнить об опасностях, о которых своевременно и предусмотрительно предупреждал Ю. В. Доманский: в первую очередь, «обращение к известным исследователю источникам цитирования и манкирование неизвестными <…> рождает порою профанацию» (на с. 189 – повтор); «другая опасность, которую таит в себе интертекстуальный подход – не увидеть за “чужим” словом “своего”, авторского (этим, кстати, грешат и исследователи поэзии постмодернизма). В результате рок-поэзия порою осмысливается только как искусство компиляции, синтезирующее разнообразные цитаты»20.

Итак, оговорим первую опасность. Из всего множества «осваиваемых» Гребенщиковым «слов» объектом своего исследования мы избираем библеизмы на том основании, что библейское слово ощущается практически на всех структурных уровнях. Это и цитаты, явные и скрытые21, и персонажи, в которых узнаются библейские герои, и сюжетные линии, воспроизводящие контуры библейских сюжетов, и, конечно, круг тем и проблем, также возвращающий и обращающий к Библии. Библейское слово представлено как участвующее слово, активно действующее и воздействующее, как испытанный временем критерий истинности и духовно-нравственный ориентир.

В этой парадигме библеизмы рассматриваются нами как фрагменты основного прецедентного религиозного текста в европейской культуре. Библия как текст отвечает всем необходимым условиям, известным современной филологии, и может быть причислена к прецедентным текстам, которые: «1) значимы для той или иной личности в познавательном и эмоциональном отношениях; 2) имеют сверхличностный характер, то есть хорошо известны широкому окружению данной личности, включая ее предшественников и современников; 3) обращение к которым возобновляется неоднократно в дискурсе данной языковой личности»22.

Несмотря на то, что Гребенщиковым осваиваются нескольких взаимно чужих религиозных текстов, постоянным интертекстуальным фоном его песен является именно Библия. Это и позволяет нам, и заставляет одновременно, ограничиться исследованием стратегий освоения именно библейского слова. Однако чтобы ещё больше обезопасить себя, мы так или иначе будем касаться цитат из иных художественных текстов и постараемся показать как механизмы их «включения», так и способы взаимодействия между собой и библейским текстом.

Теперь, что касается второй опасности «не увидеть за “чужим” словом “своего”, авторского». Как справедливо заметила Н. В. Кораблёва, в «современном художественном сознании различение “своего” и “чужого” превращается в эстетический акт, diffйrance, поскольку, с одной стороны, осознаётся, что все “слова”, т.е. значимые художественные единицы произведения, уже побывали в иных контекстах (Ю. Кристева) и, по существу, являются “чужими”, но, с другой стороны, в художественном целом все они становятся “своими”, обретая новые, неповторимые смыслы»23. И далее: «В процессе художественного высказывания соединяются, таким образом, две противоположные тенденции – “освоение” и “отчуждение,” “чужое” становится “своим”, попадая в поле индивидуально-личностной смысловой напряжённости, оказываясь материалом для воспроизведения художественной целостности; и наоборот, “своё” становится “чужим”, созданное произведение как бы отделяется и отдаляется от своего создателя, начиная жить “собственной” жизнью, обретая дополнительные, часто не предусмотренные автором смыслы»24.

Вслед за Н. В. Кораблёвой мы будем рассматривать соотношение «своего» и библейского слова в песнях БГ как соотношение смысла («своего», единственного, неповторимого) и значений («чужих», общих, повторяющихся).

Положения, выносимые на защиту:

Положения, выносимые на защиту:

  1. Гребенщиков обладает целостной, мифологической, иерархической картиной мира, в центре которой Творец. Библейское слово в текстах БГ присутствует на всех структурных уровнях: это цитаты в заглавиях и непосредственно в текстах, крылатые выражения библейского происхождения, топонимика и ономастика, библейские персонажи, сюжетные ситуации, а также круг тем и проблем, связанных с библейской аксиологией.

  2. Обращение БГ к библейской образности, топонимике и символике придаёт заглавиям его текстов предельную символичность. Библия служит идеальной моделью пророческого текста, отсылка к ней создаёт ощущение масштабности новой книги и одновременно выступает основой её метафорики.

  3. Между заглавием книги и названиями циклов-альбомов существуют глубокие формально-содержательные связи, обеспечивающие концептуальное единство и художественную целостность всего произведения. К их числу можно отнести сакрализацию образов, онтологизацию проблематики песен и альбомов вкупе с языковой и интертекстуальной игрой, заряженной интенцией каламбура.

  4. Библейское слово представлено в текстах БГ как участвующее слово. Оно драматургически разыгрывается перед слушателем / читателем, «затягивая» его в своё семантическое поле. Формально это находит выражение в субъектно-объектной организации и композиции песен, в которых библейские герои становятся равноправными субъектами, а библейские сюжеты органично встраиваются в лирический сюжет, включаясь в коммуникативную ситуацию (автор – герой – читатель) и воспринимаясь как реальные лица и факты, соответственно. Превращаясь в дополнительную оптическую и аксиологическую призму, библейский текст позволяет охарактеризовать не только и не столько объект, сколько сам субъект видения и изображения.

  5. Специфичность освоения библейского текста у БГ проявляется в отборе библейских сюжетов и способе их обработки. Чаще всего поэт использует сюжеты, закреплённые в массовом сознании. В текстах БГ происходит одновременная актуализация их стереотипного значения и генетического, свойственного «родному» тексту. Таким образом, поэт работает одновременно в двух регистрах – массовом и элитарном. Актуализируя библейский контекст, он расшатывает устоявшиеся стереотипы внутри каждого яруса восприятия, а также границы между ними.

  6. Впервые издав сборники своих песен в виде цикла циклов, Гребенщиков положил начало процессу «олитературивания» отечественной рок-поэзии. Ему удаётся расположить рок-поэзию на границе между литературой и не литературой (в традиционном смысле слова) – между книжной поэзией, ориентированной на письменную речь, и песней, ориентированной, соответственно, на устное исполнение.


Теоретическая значимость работы заключается в том, что результаты исследования расширяют представления о русской рок-поэзии, о специфике бытования и о стратегиях освоения «чужого» слова в творчестве Б. Гребенщикова; позволяют дополнить и уточнить общую картину песенного творчества БГ; исследовать взаимодействие между его художественным мышлением и поэтикой; обозначить вопрос о месте поэзии Гребенщикова в контексте современной литературно-культурной ситуации.
Апробация работы. Основные положения диссертации обсуждались на аспирантских семинарах и заседаниях кафедры литературы Благовещенского государственного педагогического университета, на итоговой научно-практической конференции БГПУ (2009); результаты исследования были апробированы на региональных научно-практических конференциях «Молодёжь XXI века: шаг в будущее» (2008-2010), а также на региональном научном семинаре «X Набоковские чтения» (2009). Содержание диссертационного исследования отражено в 7 публикациях.

Практическая значимость диссертационной работы заключается в возможности использования её материалов в курсе изучения отечественной литературы конца XX – начала XXI вв., в различных спецкурсах и спецсеминарах, посвящённых поэзии этой эпохи, в исследованиях по теории и истории литературы, осмысляющих особенности литературного процесса последней трети минувшего столетия. Методика анализа, предложенная в диссертации, может быть применена как при дальнейшем исследовании творчества поэта, так и при исследовании других авторов, рок-поэтов и не только.

Структура работы: исследование состоит из Введения, двух глав по три параграфа каждая, Заключения, Списка литературы (207 источников) и Приложения с текстологическими расхождениями, выявленными в «Книге Песен БГ» (М., 2006).

  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   16
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации