Биография Л.Г. Корнилова - файл n1.doc

Биография Л.Г. Корнилова
Скачать все файлы (617.5 kb.)

Доступные файлы (1):
n1.doc618kb.31.03.2014 00:17скачать

n1.doc

  1   2   3
Балтийский туристский колледж

Реферат по истории на тему:

Жизнь и деятельность Лавра Георгиевича Корнилова


Учащаяся 120 группы

Румянцева Валерия
Проверила: Спейская Е. Д.


Санкт-Петербург

2006 год

План

1) Введение

2) Основная часть

I. Начало пути

1) Детство

2) Ступени военной карьеры

3) Экспедиции в Афганистан, Китай, Персию и Индию

4) Война с Японией

5) В горниле мировой войны

6) Плен
II. Февральская революция

1) Петроград

2) Арест императрицы – матери

3) Апрельский кризис

4) «подполье» и «надполье»

5) Офицерские организации

6) 8-я армия

7) Последнее наступление

8) Вокруг вождя

9) Во главе Юго-Западного фронта

10) Верховный главнокомандующий
III. Август семнадцатого

1) Могилев

2) Московское совещание

3) Мятеж

4) Арест
IV. Добровольческая армия
V. Ледяной поход

3) Примечание

4) Список литературы

5) Приложение

Введение
КОРНИЛОВ, ЛАВР ГЕОРГИЕВИЧ (1870–1918), российский военный и политический деятель, генерал от инфантерии, один из вождей Белого движения. Из семьи казачьего офицера. Участник русско-японской и первой мировой войн. К началу революции - командующий войсками Петроградского Военного Округа. В июле - августе 1917 верховный главнокомандующий. В конце августа (сентября) поднял мятеж. Один из организаторов белогвардейской Добровольческой армии (ноябрь-декабрь 1917). Убит под Екатеринодаром 13 апреля (31 марта) 1918 г. 

О генерале Корнилове писали много и разное. Его боготворили и проклинали. Лавр Георгиевич был личностью неординарной и неоднозначной. В советские времена никто не писал о его исследовательских и разведывательных операциях в Центральной Азии и Индии, о его службе военным атташе в Китае, о его храбрости и находчивости в годы русско-японской и Первой мировой войн, о том, что это был единственный русский генерал из шестидесяти двух находившихся в австро-германском плену, бежавший из плена… Его называли «неудавшимся Бонапартом», «заговорщиком», «одним из основателей белого движения». Корнилов был известен как монархист, один из главарей контрреволюции. О нем говорили, что он пытался установить военную диктатуру, в августе 1917 года сдал Ригу немцам, с целью создания угрозы революционному Петрограду и организовал контрреволюционный мятеж. Корнилов был, так же известен, как один из организаторов Белой армии. Во все, что было известно об этом человеке.

Я бы никогда не узнала о жизни этого замечательного человека, если бы судила о нем только по учебнику истории. В основной части моей работы я постаралась подробно рассказать о жизни и деятельности Лавра Георгиевича и о том, каким человеком он был на самом деле.


Лавр Корнилов


  1. НАЧАЛО ПУТИ


Детство

Лавр Георгиевич Корнилов родился 18 августа 1870 года в маленьком сибирском городке Усть-Каменогорске в семье хорунжего Сибирского казачьего войска Георгия Корнилова. Отец, отставной казачий офицер, служил коллежским секретарем в станице Каркаралинской Семипалатинской губернии. Мать – Мария Ивановна, по некоторым данным, «простая казашка из кочевого рода, обитавшего на левобережье Иртыша»1. По другим, являлась казачкой станицы Кокпектинской2. Кровь предков по материнской линии заметно сказалась на восточном типе лица Корнилова. Лавр был старшим ребенком в семье и потому, должен был опекать младших – брата Петра и сестру Анну. Первые одиннадцать лет жизни Корнилова прошли в станице Каркаралинской, которая появилась в 1820-х годах как опорный пункт русских войск, охранявших границу России. С детства Корнилов соприкасался с тяжелой казачьей службой и, хорошо зная жизнь, быт и психологию казаков. В дальнейшем пользовался их уважением и поддержкой. В 1879г. Девятилетний Лавр поступает в Каркаралинскую приходскую школу, в которой обучалось всего 23 человека. После заключения в 1881 г. Между Россией и Китаем Петербургского договора русские войска были вынуждены покинуть временно оккупированный Иллийский край.

Отставной хорунжий Корнилов не смог отказаться от предложенной административной должности в приграничном городке Зайсане. Став взрослым, Корнилов не любил рассказывать ни о детстве, ни о семье. Последние месяцы жизни при нем неотступно находился его адъютант – поручик Хаджиев. Корнилов часто разговаривал с ним, и Хаджиеву было известно многое, чего не могли знать другие. Но даже он позднее признавался в том, что ничего не знает ни об отце, ни о деде своего генерала, не говоря уже о более отдаленных его предках3. Напрашивающиеся предложения о том, что Корнилов стеснялся, своего происхождения, вряд ли соответствуют истине. Он никогда не скрывал, во время революции даже несколько бравировал тем, что являлся сыном казака-крестьянина. Дело, скорее всего в другом. Детство просто не отложилось в памяти Корнилова, настоящая жизнь у него началась позже. Действительно, детство не сулило нашему герою никаких перспектив. Единственное, а что он мог рассчитывать, это, так же как и отец, к концу жизни дослужиться до первого офицерского чина. Семипалатинский край граничил с Китаем, и жизнь в станице протекала в полувоенной обстановке, поэтому не удивительно, что Лавр еще в детстве выбрал для себя армейскую стезю. Единственным способом изменить предопределенный путь было получение образования, поэтому, во что бы то ни стало, юный Корнилов мечтает поступить в кадетский корпус.

Ступени военной карьеры

В июне 1883г. тринадцатилетний Лавр с отцом отправляются в дальнюю дорогу в Омск, где находился Сибирский кадетский корпус. В корпус могли поступать только «сыновья офицеров отдельного сибирского корпуса и гражданских чинов из дворян, служащих в Сибири»4. На юного Лавра, не бывавшего никогда в крупных городах, Омск – типичный сибирский быстроразвивающийся губернский город – произвел огромное впечатление. 13 сентября 1883г. Корнилов был зачислен в корпус. От кадет требовались большая чистоплотность и аккуратность. Форма одежды должна была быть чистой и исправной, пуговицы, бляха на ремне и сапоги – хорошо начищены. Кадет должен был е иметь «воинский вид». Большое внимание в корпусе уделялось строевой подготовке. Кадеты выпускных классов после экзаменов выезжал на шесть недель за город, где изучали уставы строевой и внутренней службы. Выпускные экзамены Корнилов сдал на высшие баллы, поэтому имел право выбора военного училища для дальнейшего обучения. Он выбрал Михайловское артиллерийское, куда по обычаю всех корпусов стекались наиболее способные и талантливые кадеты.

В августе 1889 года Корнилов поступает в избранное им училище. С первых дней пребывания училища Корнилов и прибывшие с ним кадеты-земляки увидели разницу между укладом жизни в кадетском корпусе, в провинциальном Омске и столичном Петербурге. Кадеты перестали быть детьми. Начиналась новая, взрослая жизнь. Обладавший способностями к различным наукам, в первую очередь к математике, трудолюбивый и скромный, Корнилов почти сразу же снискал уважение товарищей.

В 1892г. Корнилов успешно заканчивает училище по первому разряду и получает назначение в Туркестанскую артиллерийскую бригаду. 29 августа 1892г. Корнилову присвоен чин подпоручика. после месячного отдыха, проведенного у родителей, в сентябре того же года, в управление бригады, где и получает назначение в Пятую батарею. Здесь Лавр Георгиевич, отдавая должное службе, усиленно продолжает заниматься самообразованием, изучает «туземные» языки. Лавр зарекомендовал себя как храбрый офицер и талантливый разведчик. Благодаря своей восточной внешности и знанию туркменского и персидского языков, Корнилов, переодевшись местным жителем, мог далеко углубляться на территорию Афганистан. Позднее об этих опасный рейдах он написал несколько статей и книгу. В то же самое время он сверх обычной службы занимается просвещением солдат, которых любил, и которые отвечали ему взаимностью. 10 августа 1894г. Корнилову присвоен чин поручика.

Однако молодой офицер мечтал продолжить образование. Через три года, возвратившись в столицу, Корнилов добивается права сдавать вступительные экзамены в Академию Генерального штаба. Корнилов прошел отбор, и учился в Николаевской Академии Генерального штаба два года. 13 июля 1987г. Корнилову присвоен чин штабс-капитана. Как выпускник Академии Генерального штаба по первому разряду да еще с малой серебряной медалью. Корнилов мог воспользоваться правом преимущественного выбора места службы. В 1898 г. Лавру Георгиевичу присвоен чин капитана. Но двадцатисемилетний капитан отказывается от места в Петербурге и выбирает Туркестан, а до назначения туда, проводит время на полевых занятиях в Варшавском военном округе.

Экспедиции в Афганистан, Китай, Персию и Индию

Осенью 1998г. Корнилов прибывает в Туркестан, в распоряжение известного исследователя Центральной Азии генерала Ионова М.Е. Сразу же молодой офицер покоряет старого исследователя тягой к новым знаниям и исследованиями. Первая разведывательная экспедиция Корнилова связана с рекогносцировкой приграничной с Афганистаном полосы. У Корнилова были знакомые туркмены, которых он любил за смелость и гордый нрав. Туркмены отвечали ему взаимностью. Прежде всего, потому. Что он говорил на их языке так же хорошо, как и они сами. Летом 1899г. Ему поручают изучать район Кукушки, направление на Меймат и Герат. В этом также непростом деле Лавру Георгиевичу опять помогают верные туркмены. Не успел Корнилов сдать эту работу, как в конце 1899г. ему поручают новую, серьезную и ответственную. Его командируют в Восточный Туркестан. Экспедиция Корнилова совпала по времени с периодом наиболее активного изучения этой территории европейскими исследователями - шведским географом Свеном Гедином и британским археологом Марком Стайном, находки которого, произвели «подлинную сенсацию в научном мире»5. Сразу же по прибытии в Кашгарию, Корнилов начинает активно работать - встречался с китайскими чиновниками и предпринимателями, налаживает агентурную сеть, много ездит по стране. Естественно и то, что отряд Корнилова находился в поле зрения, как китайских властей, так и британской разведки. Восемнадцать месяцев небольшой отряд из семи человек во главе с капитаном Генерального штаба Корниловым скитался я по пустыням и оазисам Китайского Туркестана. В этой экспедиции Корнилов продолжает совершенствоваться в восточных языках и наречиях. В середине 1901г. Разведывательная группа возвращается в Ташкент из своей опасной командировки. Итогом экспедиции стало подготовленное Корниловым и вышедшая книга «Кашгария или Восточный Туркестан», принесшая автору заслуженный успех. Эта солидная работа является солидным вкладом в географию и этнографию. Немаловажными являются военные прогнозы и геополитические выводы, сделанные автором. Интересным является то, что работа Корнилова была оценена и британскими специалистами. По возвращении в Россию, Корнилов получает свою первую награду – орден Святого Станислава 3-ей степени. В том же 19001г. Он с двумя казаками и двумя туркменами отправляется в новую командировку. На сей раз, его путь лежал в Восточную Персию. Экспедиция в Персию была для Корнилова неожиданной. Из Ташкента Лавр Георгиевич выезжает в Асхабад, где тщательно готовится к новой экспедиции. Он изучает британские исторические географические работы по Персии, материалы предшественников, побывавших там. В конце ноября 1901г. небольшой отряд Корнилова пересекает российско-персидскую границу и, за несколько дней, добирается до Мешхеда, где через российского генерального консула получает секретные инструкции. В инструкциях ставилась задача провести рекогносцировку персидско-афганского участка границы, а затем двигаться на юг. Там нужно было получить сведения о строящейся британцами в Белуджистане стратегической дороге. 6 декабря 1901г. Корнилову присвоен чин подполковника.

Вернувшись в марте 1902г. В Ташкент, Корнилов привез богатейший материал географического, этнографического и военного характера. Эти материалы он активно использовал в своих очерках, публиковавшихся в Ташкенте и Петербурге. С 3 октября 1902г. По 30 сентября 1903г. Лавр Георгиевич становится командиром роты в 1-ом Туркестанском стрелковом батальоне. Осенью 1903г., после годичного командования Корнилова отправляют в Индию для изучения языков, нравов, обычаев и традиций народов Белуджистана. К этому времени, кроме обязательных немецкого и французского языков, он уже хорошо владел английским, персидским и урду. В ноябре 1903г. Корнилов прибыл из Одессы в Константинополь, где первым делом посетил российского генерального консула П.Г.Панафидина, чьи рекомендательные письма пригодились Корнилову в дальнейшем.

Путешествие по Афганистану, Китаю, Персии и Индии стали для Корнилова самым ярким временем в жизни. Позднее он любил об этом вспоминать, и всякий раз эти рассказы поднимали ему настроение. Будучи обычно человеком замкнутым, Корнилов в таких случаях становился на удивление словоохотливым. Корнилов – путешественник и разведчик, был почти киплинговским персонажем с поправкой на русскую специфику. Но судьба готовила ему другую роль. В июне 1904г, по возвращении в Россию, Корнилова назначают столоначальником (начальником отдела) в Главный штаб6, в Петербург. Тридцатичетырехлетний подполковник настойчиво требует откомандирования на фронт начавшейся войны с Японией, но начальство не торопится посылать на войну «ученого-исследователя, Пржевальского в обер-офицерском чине»7. Но Корнилов настойчив, и в конце сентября получает должность «штаб-офицера при управлении 1-ой стрелковой бригады»8, отправлявшейся на театр военных действий.

Война с Японией

Одним из центральных направлений внешней политики России на рубеже веков была так называемая «большая азиатская программа», ставившая целью экономическое продвижение на рынке Дальнего и Среднего Востока, приобретение или захват новых территорий. В Порт-Артуре была создана военно-морская база, что вызвало негативную реакцию со стороны Японии – произошло столкновение двух держав. Пользуясь сложностями в англо-русских отношениях, Япония заключила союз с Британской империей. Война началась в январе 1904г. Нападением отряда японских миноносцев на русский флот, стоявший на внешнем рейде Порт-Артура. Когда Корнилов с Первой стрелковой бригадой, преодолев тысячи верст, Транссибирской магистрали, в декабре 1904г. Прибыл на театр боевых действий, русская армия уже потерпела ряд поражений. Первым сражением, в котором ему довелось принять участие, была битва под Сандепу. Первая стрелковая бригада, в которой служили Корнилов входила в состав сводно-стрелкового корпуса и вместе со Второй и Пятой стрелковыми бригадами находилась в армейском резерве. В 1905г. Произошло два самых крупных сражения не только в ходе русско-японской войны, но и по тем временам в мировой истории. На суше это была битва под Мукденом. Штабы Второй армии оказались парализованными и вся тяжесть ответственности за судьбы русских солдат легла на офицеров батальонного и полкового звена. Одним из таких офицеров, принявшим на себя ответственность за спасение людей стал подполковник Корнилов. 25 февраля, собрав 1-й и 3-й стрелковые полки своей бригады, он доводит их до предместий Мукдена. Там он организует вынос раненых и больных из горящего госпитального барака. Отряд Корнилова, собранный из остатков полков попадают под сильный огонь японской артиллерии. Корнилов приказывает рассредоточиться. Отстреливаясь и постоянно атакуя, войска бригады под командованием Лавра Георгиевича в полном боевом порядке со знаменами и ранеными перешли на восточную сторону железной дороги. В заключение своего донесения о бое Корнилов писал, что считает своим долгом засвидетельствовать, что «1-й, 2-й и 3-й полки, несмотря на крайнее утомление, большие потери, понесенные в предшествующих боях, недостаток в офицерах… и, наконец, несмотря на панику, охватившую части разных полков, отходивших по этой же дороге, держались на занятой позиции с непоколебимою твердостью под убийственным огнем пулеметов, ясно осознавая необходимость держаться для спасения других»9. 26 декабря 1905г. Лавру Георгиевичу присвоен чин полковника. За личную храбрость и правильные действия Лавр Георгиевич награждается орденом Святого Георгия 4-й степени (георгиевский крест – орден Святого Георгия, учрежден в России в 1769 году для награждения офицеров и генералов; с 1807 года – для награждения солдат и унтер-офицеров; имел 4 степени). В начале марта Корнилов назначен начальником штаба авангарда. В конце марта он участвует в боях корпуса. С апреля по декабрь находится Корнилов на Сыпингайской позиции, участвует в переформировании частей бригады в дивизию. В конце декабря Лавр Георгиевич сдает должность начальника штаба Первой стрелковой бригады и отправляется Петербург как столоначальник Главного штаба.

1 мая 1906 года полковник Корнилов назначается делопроизводителем Управления генерал-квартирмейстера Генерального штаба. На этом посту он прослужил всего 11 месяцев. За это время Корнилов совершает ряд поездок в Европу, Туркестан и на Кавказ. В 1907 года Лавр Георгиевич награждается Золотым оружием «За храбрость». В апреле 1907 года его - одного из самых способных офицеров Генерального штаба, крупного специалиста- востоковеда – назначают военным атташе России в Китай (атташе – одна из младших дипломатических должностей). Четыре года проведет он на этом посту. Полковник Корнилов снова возвращается к любимому делу – исследовательской и разведывательной работе. Он продолжает изучать и совершенствовать китайский язык. Все свои наблюдения Корнилов записывает, чтобы потом написать большую книгу о жизни современного ему Китая. Донесения военного агента в Китае внимательно изучались и оценивались в Генштабе и МИДе. Оценка деятельности Корнилова выразилась в награждении его в 1909г. орденом Святой Анны 2-й степени. Это был пятый российский заслуженный им орден, а еще в 1906г. Он награждается мечами к ордену Святого Станислава 2-й степени. Однако боевой офицер и разведчик, герой минувшей войны не вписался в дипломатический мир. Он оказался чрезмерно независимым и самостоятельным. У полковника Генерального штаба Корнилова портятся отношения сначала с поверенным в делах русской дипломатической миссии в Пекине Арсеньевым, который в 1908г. Писал в МИД, что вынужден «донести до сведения о ненормальных отношениях, создававшихся здесь между Военным Агентом и вверенной моему управлению Императорской миссией»10, а затем и с полномочным послом России в Китае Гирсом. Конфликт между послом и военным атташе нарастал, а когда их отношения окончательно испортились, Корнилов был отозван из Пекина в Петербург. В сентябре 1910г. Он получает уведомление генерал-квартирмейстера Генерального штаба генерала Ю.Н.Данилова о сдаче должности11. успехи Корнилова в Китае были несомненны. Он получил признание у иностранных дипломатов, о чем свидетельствуют награды Британии, Франции, Германии и Японии, пожалованные ему в этот период. По возвращении в Россию, в феврале 1911-го полковник Корнилов получает назначение командиром 8-го пехотного Эстляндского полка. Но, едва вступив в должность командира полка в июне того же года, он получает новое назначение. Корнилов отправляется в уже знакомые места, получая должность начальника 2-го Заамурского отряда пограничной стражи. Корнилову приходилось воевать с хунхузами и контрабандистами, пытающимися проникнуть в таежные районы России, и со своими российскими чиновниками и казнокрадами. 26 декабря 1911 Корнилову присвоен чин генерал-майор. Генерал-майор Корнилов по личной просьбе был переведен из Пограничной стражи обратно в Военное ведомство. Он был назначен командиром 1-ой бригада 9-й Сибирской стрелковой дивизии, расположенной во Владивостоке. Однако на Дальнем Востоке, на берегу Тихого океана Корнилову не довелось долго прослужить.

В Горниле мировой войны

15(28) июня 1914 года в боснийском городе Сараево были убиты эрцгерцог Франц Фердинанд и его жена герцогиня Гогенберг. Выстрелы в Сараеве стали первыми выстрелами новой войны и отозвались громовым эхом в столицах многих европейских держав. Повод к войне был найден, и все европейские государства демонстрировали свою готовность к решительным действиям. Особую активность в эти дни проявляла Германия. В середине августа 1914 года Корнилов прибывает в действующую армию, где получает должность командира 1-ой стрелковой бригады 49-й пехотной дивизии. Командовал 8-й армией, в которую входили 10 пехотных и три кавалерийские дивизии, известный генерал Брусилов, который позже напишет: «Корнилова я узнал в 1914 года при прибытии XXIV корпуса во вверенную мне армию. Он состоял командиром бригады, но тут же в начале военных действий по ходатайству командира корпуса Цурикова был мною назначен командующим 48-й пехотной дивизии. Это был очень смелый человек, решивший очевидно составить себе имя во время войны. Он всегда был впереди и этим привлекал к себе сердца солдат, которые его любили. Они не отдавали себе отчета в его действиях. Но видели его всегда в огне и ценили его храбрость»12. Выполняя задачу Ставки Верховного главнокомандующего, в середине августа войска Юго-Западного фронта наступают на Львов. Бригада Корнилова принимает активное участие в захвате Галича, сильно укрепленного узла обороны австро-венгерской армии. За личное мужество, умелое руководство войсками бригады в сражениях под Львовом и Галичем, Корнилов награждается орденом Святого Владимира с мечами. Корнилову как командиру дивизии приходилось принимать ряд решений в сложной боевой обстановке. Упорство и стойкость принесли ему заслуженное уважение солдат и офицеров. Во время Гродненской битвы в сентябре 1914 года его войска приняли на себя основной удар немцев. Лавр лично повел в атаку свой последний резерв, показав при этом, по словам А.И. Деникина, чрезвычайную храбрость. Как правило, он оценивал не только собственные возможности и потенциал противника, но и моральное состояние своих войск. Моральный дух своей дивизии командир не только «оценивал» но и старался развивать и поддерживать. Пристальное внимание командир уделял артиллеристам, но и спрашивал с них строго, а неизбежную потерю артиллерийских орудий в бою переживал как личную трагедию. От подчиненных он требовал такого же отношения к службе – активных действий, инициативы, четкого исполнения приказаний отцовского отношения к «нижним чинам». Очень часто приходилось командиру 48-й дивизии спать всего по несколько часов в сутки. Штаб Корнилова, как правило, располагался в зоне доступной для ружейного и пулеметного огня противника, что заставляла штаб работать очень интенсивно.

Энергичный и требовательный не жалеющий себя Корнилов не всегда устраивал начальство. Возможно, поэтому у него и не сложились отношения с командиром корпуса генералом Цуриковым и командующим армией генералом Брусиловым. 11 ноября войска корниловской дивизии начинают спуск с Лупского перевала. Позже, в своих воспоминания Брусилов отметит, что приказа переходить Карпаты частям своей армии он не давал, а Корнилов действовал вопреки имевшимся распоряжениям. «Корнилов, - пишет Брусилов, - опять отличился в нежелательном смысле, увлекаемый своею жаждой отличиться и своим горячим темпераментом он не выполнил указания своего командира корпуса и, не спрашивая разрешения, скатился с гор и оказался вопреки данному ему указанию в Гуменном. Венгерская дивизия вышла в тыл дивизии Корнилова. Таким образом, он оказался отрезанным от своего пути отступления; он старался пробраться обратно, но это не удалось, ему пришлось бросить около 2000 пленных и с остатками своей дивизии вернуться тропинками13.

15 ноября Корнилов начинает организованно выводить свою дивизию обратно на карпатские перевалы. Части дивизии отошли без помехи со стороны противника. И только при отходе последних рот Измайловского полка на рассвете 15 ноября противник попытался атаковать их, но встреченный несколькими залпами, тотчас же прекратил наступление.

В январе 1915 года происходит новое наступление «Стальной» дивизии Корнилова, в результате которого был занят главный гребень Карпат. В феврале этого же года за умелое руководство, проявленное в боях, Корнилова производят в генерал-лейтенанты, а его имя становится широко-известным в действующей армии. «Странное дело, - говорил Брусилов, - генерал Корнилов свою дивизию никогда не жалел, во всех боях, в которых она участвовала под его начальством, она имела ужасающие потери, а между тем офицеры и солдаты его любили и ему верили. Правда, он и себя не жалел, лично был храбр и лез вперед очертя голову»14.

В конце марта после небольшой передышки – опять бои – 48-я дивизия отличается при прорыве обороне 3-го австро-венгерского корпуса. В каждом бою Корнилов выбирал себе наблюдательный пункт в непосредственной близости от передовой и устанавливал наилучшую, насколько возможно, связь со всеми частями и штабом. «Так я могу видеть бой своими глазами и управлять им», - говорил командир «стальной» дивизии15. Перед операцией Корнилов подолгу изучал карту местности, где должны были развиваться события. Точное знание местности наряду с феноменальной памятью часто выручало его из самых сложных передряг. Изощренная наблюдательность настоящего разведчика и исследователя, хладнокровный расчет и спокойствие часто поражали окружающих. Еще одним качеством Корнилова была его поражающая храбрость. Иногда казалось, что он буквально играет со смертью. Страх за свою жизнь естественен для человека, но неприемлем для командира. Корнилову на помощь пришел фатализм. Собственно средство это было открыто задолго до Корнилова, но для него, глубоко впитавшего культуру Востока, судьба была категорией почти материальной. Он научил себя не бояться, и другие вместе с ним также забывали про страх. Каждый день генерал Корнилов, оставаясь на своем наблюдательном пункте, рассматривал вражеские укрепления, нанося на карту новые и новые данные. Постоянно присутствуя на допросах пленных австрийцев, анализируя их поведение, он отмечал на карте позиции, где присутствовали наиболее слабые моральном отношении и недисциплинированные части. Именно по этим позициям и готовил Корнилов свой удар. Корнилов, серьезно занимаясь боевой подготовкой своей части, сделал ее одну из лучших на фронте. За корниловцами закрепилась слава неустрашимых воинов.

Весной 1915 года, во время немецкого наступления, генерал Корнилов, взяв на себя командование одним из батальонов Рымникского полка, прикрывает прорыв уцелевших частей дивизии. Практически весь батальон был уничтожен, в живых осталось только семь человек с дважды раненым в руку и ногу генерал-лейтенантом Корниловым. Четверо суток израненные и обессиленные скитались они по незнакомой местности пока 29 апреля их не взяли австрийцы. Указом императора Николая II от 28 апреля 1915 года генерал-лейтенант Корнилов был награжден орденом Святого Георгия 3-ей степени.

Плен

После взятия в плен раненого генерала Корнилова первоначально помещают в элитный лагерь для высших и старших офицеров – замок Нейгенбах. Недалеко от Вены. Там его держат до ноября 1915 года. 12 мая Корнилова отчисляют от должности начальника 48-й пехотной дивизии за нахождение в плену. Затем после попытки бежать Лавра Георгиевича

Перевозят в замок князя Эстергази в селении Лека в юго-западной части Венгрии. В Лекском замке Корнилов встречает своего бывшего начальника генерал-лейтенанта Е.И.Мартынова, который попал в плен 10 августа 1914 года. Весной 1916 года Корнилов и Мартынов решили бежать. Несмотря на внушительную охрану бежать было возможно. Но главные трудности могли возникнуть уже после побега, т.к. без необходимых документов передвигаться по стране было нереально. Поэтому их снова постигла неудача. Надзор за пытавшимися бежать генералами был особо строгим. Им даже ограничили общение с другими военнопленными.

Находившиеся в годы Первой мировой войны в плену высшие офицеры воюющих сторон вели относительно спокойный и почти что беззаботный образ жизни. Особое отношение было к пленным генералам. Им можно было получить и личную свободу, но только при условии подписи о дальнейшем неучастии в войне вплоть до ее официального окончания. Когда Корнилова попросили, чтобы он обязался честным словом не повторять попыток побега, за что ему будет предоставлена большая свобода, он резко отказал и просил впредь не делать ему таких предложений16.

Мысль о побеге, несмотря на две неудавшиеся попытки, не оставляла Корнилова. И он пошел на хитрость. Все это делалось для перевода в другой лагерь, лагерь-госпиталь.

Медицинская комиссия принимает решение о переводе генерала в лагерь-госпиталь в венгерском городке Кесег. В начале июня 1916 года начальник госпиталя зачитал приказ следующего содержания: «Корнилов – один из лучших генералов русской армии, который в короткое время плена дважды пытался бежать. Военное командование видит в генерале Корнилове человека в высшей степени энергичного и твердого, решившегося на все и убеждено, что оный от замысла побега не откажется, болезнь лишь симулирует, дабы легче было повторить попытку бегства. Бесспорно, что в случае удачного побега в настоящее время державы нашли бы в нем серьезного, военным опытом богатого противника, который все свои способности и полученные сведения в плену использовал бы для блага России и наших врагов»17.

После третьей попытки Корнилову грозил расстрел, но он все-таки решил рискнуть еще раз. И в июле 1916 года снова бежал. Под видом австрийского солдата Корнилов перебрался в Румынию и вскоре с толпой пленных перебрался в Россию. Историк Г. Иоффе так описывал вступление Лавр Георгиевича на родную землю: «Когда солдат построили на пропыленном плацу, из строя вышел вконец исхудавший маленький человек с заросшим щетиной монгольским лицом. Не четким шагом пойдя к офицеру, хриплым срывающимся голосом крикнул: «я генерал-лейтенант Корнилов!»». Вскоре имя храброго военачальника стала легендой. Николай II лично вручил Корнилову награду – второй Георгиевский крест. После краткого отдыха Корнилов снова прибыл на фронт, уже как командир 25-го пехотного корпуса.

Этот побег был действительно редчайшим случаем: из плена бежал генерал! Сам Николай 2 принимает Корнилова в Ставке, вручает ему орден Святого Георгия III степени. В середине сентября 1916 года Корнилов назначается командиром XV армейского корпуса Особой армии генерала В.И.Гурко и убывает на Юго-Западный фронт. Этим корпусом генерал-лейтенант Корнилов командовал вплоть до известных февральско-мартовских событий 1917 года.


II. Февральская революция

Петроград

Новый, 1917 год начинался для России тревожно. Старая власть перестала существовать. В Петрограде был создан Временный комитет Государственной думы под руководством М.В.Родзянко. Одновременно по инициативе думских социал-демократов был воссоздан Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов, короткое время существовавший в дни первой русской революции. Однако ни Совет, ни Временный комитет не имели эффективных рычагов воздействия на происходящее. Реальная сила была в руках восставших солдат. Под давлением солдатской массы Петроградский Совет 1 марта 1917г. Принял «приказ №1», узаконивший самочинно возникший солдатский комитет. Они получали право контролировать все распоряжения офицеров и высшего командования. Особым соглашением было оговорено, что петроградский гарнизон остается в столице для охраны завоеваний революции и ни при каких условиях не может быть выведен из города.

Состав Петроградского гарнизона – это была огромная сила, в любой момент грозившая превратиться в агрессивную вооруженную толпу. К весне 1917 г. в воинских частях еще удалось поддерживать относительную дисциплину, но учебные и запасные полки не обладали военными качествами. Не подчиняющиеся своим командирам солдаты толпами вышли на улицы столицы. Нужно было срочно найти того, кто сумел бы восстановить дисциплину и взять ситуацию под контроль. На это место требовался человек решительный и популярный. Выбор пал на Корнилова. Трудно сказать, кто посоветовал эту кандидатуру. Это мог быть генерал П.И.Аверьянов, который должен был хорошо знать Корнилова18. Так или иначе, 2 марта на имя начальника Ставки генерала М.В. Алексеева поступила телеграмма за подписью Родзянко. В ней говорилось: «Необходимо для установления полного порядка и для спасения столицы от анархии командировать сюда на должность главнокомандующего Петроградским военным округом доблестного боевого генерала, имя которого было бы авторитетно среди населения. Комитет Государственной думы признает таким лицом доблестного известного всей России героя командира XV армейского корпуса генерал-лейтенанта Корнилова». Не имея возможности прибегнуть к угрозам, ВП решило использовать авторитет Корнилова для восстановления порядка в армии.

К Февральской революции Корнилов относился с симпатией. Он говорил офицерам: « Старое рухнуло! Задача…армии всемерно поддержать новое правительство в его трудной, созидательной работе». Корнилов прибыл к новому месту службы 5 марта. За прошедшие дни многое изменилось. Отрекся от трона Николай II, отказался принять корону его брат Михаил. Назначенный царем новый главнокомандующий Петроградским военным округом приехал в столицу российской республики. Формально Россия таковой еще не была (республикой страну объявит Керенский 1 сентября 1917года), но фактически о монархии уже никто не вспоминал. В Петрограде, как и по всей стране, царило революционная эйфория. Повсюду были видны красные флаги. Лавра Георгиевича все это очень раздражало. Для Корнилова, как и для большинства других кадровых военных, воинская дисциплина была основой основ. Для восстановления дисциплины в петроградском гарнизоне военный министр А. И. Гучков дал Корнилову самые широкие полномочия. Первое знакомство Корнилова с подчиненными ему частями произвело на него весьма тяжелое впечатление.

7 марта новый главнокомандующий округом появился на заседании «комиссии генерала Поливанова». Эта комиссия, включившая в свой состав представителей военного министерства и петроградского Совета, была создана для подготовки преобразований в армии. Доклад Корнилова был коротким: «Я только что закончил объезд всех частей и должен сказать, что последние находятся в состоянии крайнего разложения. Поэтому я и пользуюсь случаем видеть здесь в комиссии представителей армии и фронта, чтобы сказать им и успокоить их, что мною принято решение в ближайшие дни начать вывод частей петроградского гарнизона на фронт и замену их в Петрограде частями с фронта, уже заслужившими отдых и более дисциплинированными. Вот, что я хочу сказать»19. выступление Корнилова вызвало резкий протест представителей Совета.

Гучкову Корнилов представил более подробный отчет о своей проверке. В нем говорилось, что петроградский гарнизон очень велик. Солдаты живут в условиях невероятной скученности и бытового неустройства. Это плюс атмосфера вседозволенности, воцарившаяся со времен переворота, делают их абсолютно ненадежными. Большинство офицеров не знают своих подчиненных и откровенно боятся их. Немало среди офицеров и тех, кто стремится любым путем избежать отправки на фронт. Корнилов полагал, что из всего огромного гарнизона правительство может. опереться лишь на три с половиной тысячи человек, преимущественно их за числа юнкеров. План Корнилова согласованный с Гучковым предполагал более медленные, но и более эффективные действия, поскольку нельзя было ни вывести гарнизонные части на фронт, ни ввести в город новые полки, постольку единственным способом было незаметно расставить на важнейших постах надежных людей. Завершающим этапом в осуществлении этого плана должно было стать создание особого Петроградского фронта. Предполагалось, что в его состав помимо столичного гарнизона войдут войска, расположенные в Финляндии, Кронштадте и на балтийском побережье. Создание нового фронта было обусловлено стратегическими соображениями в связи с возможным немецким наступлением на Петроград. Одновременно это давало право командованию менять дислокацию, сливать воедино уже существующие формирования. В такой ситуации можно было бы на формально законных основаниях обойти существующие запреты на вывод из Петрограда гарнизонных частей. В реальности же планы создания Петроградского фронта так и не были никогда осуществлены. Конкретным единственным шагом на этом пути стал приказ Корнилова о переформировании гвардейских запасных батальонов в резервные полки, но и он не был выполнен из-за противодействия батальонных комитетов. Планы организации нового фронта создавались конкретно «под Корнилова», а он пробыл на посту главнокомандующего округом немногим более полутора месяцев. В конечном счете, Корнилову так и не удалось найти контакт с солдатами столичного гарнизона. Он не смог найти верную манеру поведения. Оратором Корнилов всегда был плохим, говорил отрывисто, резким каким-то каркающим голосом. Неадекватная реакция аудитории быстро выводила его из себя. В такие минуты он не мог скрыть раздражения, в словах его все чаще начинали слышаться угрозы. Враждебность выступающего передавалась слушателям, и итог такой встречи был предопределен.

В середине марта генерал П.А.Половцев полтора месяца спустя сменивший Корнилова на посту главнокомандующего столичным округом, записал в своем дневнике: «У Корнилова дело что-то не ладится, с войсками у него недоразумение, он ссорится с Советом, приказания его не исполняются. На днях в Финляндском полку у него с автомобиля сняли георгиевский флажок и водрузили красный»20. это был тот самый Финляндский полк, выступление которого станет началом апрельских событий в Петрограде, в итоге заставивших Корнилова уйти. Красный флажок на автомобиле главнокомандующего можно считать показательной деталью. Весной 1917 года вся Россия оделась в красное. Не то что симпатии, но даже простое сочувствие по отношению к свергнутому монарху, воспринималось как проявление контрреволюции. Корнилову пришлось столкнуться с этим уже сразу после назначения на новый пост.

Арест императрицы матери

Одним из первых шагов Корнилова в роли главнокомандующего Петроградским военным округом стал арест бывшей императрицы. Новые власти, казалось бы, забыли о царской семье. В Петрограде плелась какая-то сложная интрига, одним из вольных или невольных участников которой пришлось стать Корнилову. 5 марта Корнилов вызвал к себе командира запасного батальона одного из гвардейских полков и сообщил, что ему поручается дело государственной важности.

Через несколько дней в дворцовой приемной Корнилова и его сопровождающих встретил обер-гофмаршал граф П.К.Бенкендорф. Корнилов попросил доложить о себе императрице. Лавр Георгиевич сказал государыне: «Ваше Величество, на меня выпала тяжелая задача объявить вам постановление Совета министров, что вы с этого часа являетесь арестованной». Сохранявшая внешнее спокойствие Александра Федоровна сказала приближенным: « мы все должны подчиниться судьбе. Генерала Корнилова я знала раньше. Он – рыцарь, и я спокойна теперь за детей».

Многие монархисты позднее упрекали Корнилова за участие в этом аресте. Меньше всего инициатором этого шага был сам Корнилов. Главнокомандующий столичным округом не был самостоятельной политической фигурой. Тем не менее, арест императрицы в значительной степени определил дальнейшую судьбу Корнилова. Отныне в глазах последовательных монархистов он стал «революционным генералом», со всем вытекающим отсюда отношением. Политические взгляды самого Корнилова охарактеризовать очень трудно. Деникин писал, что по своим убеждениям Корнилов не был ни социалистом, ни реакционером. Впрочем, в первые месяцы революции все нюансы политики сводились к противопоставлению ярлыков «монархист» - «республиканец». Много позже, уже в период борьбы с большевиками на Дону, Корнилов скажет: «Я республиканец; если в России будет монархия, то в России мне места не будет»21. Если иметь в виду под монархизмом лояльность существовавшему до революции режиму, то, несомненно, Корнилов был монархистом. В подпольных кружках он не состоял, и никто из знавших его не зафиксировал в его устах призывы к изменению государственного строя. Корнилов с крайним раздражением относился к попыткам думских либералов расшатать власть. Как и Колчак, Корнилов полагал себя в первую очередь солдатом. Как тысячи других генералов и офицеров, он считал, что служит России, а не конкретному лицу, династии или политической конструкции.

Своей карьерой, стремительным выдвижением Корнилов, несомненно, был обязан революции. Он так и остался «революционным генералом», несмотря на то, что ему уже скоро пришлось вступить в борьбу с теми уродливыми формами, которые революция постепенно обретала.

Апрельский кризис

20 апреля на улицах Петрограда стали возникать стихийные митинги сторонников и противников Милюкова. Толпа солдат и рабочих окружила. Мариинский дворец, не зная, что министров там нет. Известия о вооруженных столкновениях в городе заставили Корнилова действовать решительно. Главнокомандующий направил приказ начальнику Михайловского артиллерийского училища, предписавший вывести две батареи на площадь перед Мариинским дворцом. Но солдатский комитет училища отказался выполнить этот приказ без санкции исполкома Совета, а начальник и старшие офицеры не решились действовать вопреки позиции комитета. В любом случае приказ не остался тайной, и о Корнилове заговорили и политики и обыватели.

В левых кругах Корнилова обвиняли в попытке военного переворота. Позднее Гучков признал, что в апрельские дни Корнилов действовал по прямому его указанию. Поведение Корнилова было сравнительно спокойно воспринято и руководством Петроградского Совета. 21 апреля в разгар конфликта, Совет выпустил воззвание, в котором говорилось, что любые распоряжения о выводе воинских частей на улицы города должны быть санкционированы исполкомом и подписаны не менее чем двумя его членами. Городской Совет подтвердил, что без его согласия командующий не может распоряжаться войсками. Реальной власти в руках у Корнилова не было.

В Финляндском гвардейском полку, куда командующий прибыл на смотр, дело едва не дошло до рукоприкладства: машину Корнилова окружили новобранцы, сорвали с нее флажок и под дружный свист проводили с территории части. « То обаяние, которым он пользовался в армии, - писал о Корнилове Антон Деникин, - среди деморализованных войск поблекло. Они митинговали, дезертировали, торговали за прилавком и на улице, участвовали в самочинных обысках, но не несли службы. Подойти к их психологии боевому генералу было трудно». Навести порядок в столичном гарнизоне, Корнилову не удалось. Не только солдаты, но и офицеры вместо выполнения приказов занимались их обсуждением.

В знак протеста против вмешательства в его компетенцию, Корнилов подал на имя военного министра прошение об отставке. Но обе стороны не стали усугублять конфликт. Уже 26 апреля было опубликовано новое сообщение, в котором от имени исполкома говорилось о том, что руководство Совета действует в полном контакте с командованием округа. «В штаб округа еще до событий последних дней в согласии с генералом Корниловым были посланы постоянные комиссары исполнительного комитета – в целях взаимодействия и контакта. Эти комиссары имеют целью согласовать действия исполнительного комитета и генерала Корнилова в отношении регулирования политической и хозяйственной жизни воинских частей» 22. Удовлетворившись этим «разъяснением» Корнилов взял прошение об отставке обратно. По словам Гучкова Корнилов уговаривал его одобрить делегирование представителей Совета в штаб Петроградского военного округа. Впрочем, 30 апреля Лавр Георгиевич все же покинул свой пост. Формальные причины этого стал отказ одной из рот все того же Финляндского полка подчиниться его приказу. Вероятнее всего уход Корнилова был связан с отставкой Гучкова. В это время активно велись переговоры между Временным правительством и исполкомом Петроградского Совета, закончившиеся образованием коалиционного кабинета. Гучков не хотел заседать вместе с министрами-социалистами, и для них он был слишком одиозной фигурой. В новом составе правительства пост военного министра занял А.Ф.Керенский. Однако еще до своей отставки Гучков успел позаботиться о Корнилове. Он попытался добиться назначения Корнилова на должность главнокомандующего Северного фронта. В этом случае предполагалось позднее добиться подчинения командованию фронта петербургского гарнизона. Но против назначения Корнилова неожиданно выступил Верховный главнокомандующий генерал М.В. Алексеев. Гучков говорил о том, что командовать наиболее разложившимся Северным фронтом должен человек твердый и решительный. В этом смысле, по его мнению, Корнилов был лучшей кандидатурой. Алексеев заявил, что до сих пор Корнилову приходилось командовать только дивизией, т.к. его недолгое пребывание во главе XXV корпуса имело место в условии передышки на фронте. Несмотря на все уговоры, Алексеев остался непреклонен. Когда на следующий день из Петрограда пришла официальная телеграмма по поводу назначения Корнилова, Алексеев ответил, что он категорически не согласен, а если это назначение все-таки состоится, то он немедленно подает в отставку. В позиции Алексеева не могло быть ничего личного. С Корниловым он прежде не сталкивался. В роли главнокомандующего Петроградским военным округом Корнилов был подчинен военному министру, а не Алексееву. ДЛ Алексеева Корнилов был выскочкой, который великом множестве появились уже в первые месяцы революции. Так или иначе, этот эпизод зародил между двумя генералами взаимную неприязнь, потом не раз проявлявшуюся очень заметно. В итоге Гучков отступил. Однако, предвидев в ближайшие дни свою отставку, он решил не рисковать уходом еще и Алексеева.

Поняв, что в Петрограде едва ли удастся восстановить порядок, Корнилов решил действовать, опираясь на армейские части. В начале мая 1917 года Лавр Георгиевич прибыл на фронт. В ту пору у него уже сложилось четкое представление о ситуации в стране. Временное правительство реальной власти не имеет, необходимо «жесткая расчистка» Корнилов получил под командованием 8-ю армию, входившую в состав Юго-Западного фронта. Гучков ради Корнилова был готов идти на конфликт с Верховным главнокомандующим. Это означало, что те силы, которые ориентировались на военный переворот, обратили внимание на Корнилова. Для Корнилова начинался новый этап в его военной и политической карьере.

Волны революционных настроений успели к этому времени докатиться и до фронтовых окопов. Корнилов вернулся в армию в самый разгар солдатских братаний. Командующий 8-ой армии вынужден был пригрозить солдатам, открыть по ним огонь, если они не прекратят дружеских встреч с противником на нейтральной территории. « Я принял армию в состоянии полного разложения, - сообщал в Петроград Корнилов. - В течение 2-х месяцев мне почти ежедневно пришлось бывать в войсковых частях, лично разъяснять солдатам необходимость дисциплины, ободрять офицеров…тут же я убедился, что твердое слово начальника и определенные действия необходимы, чтобы остановить развал нашей армии».

Вскоре Лавр Георгиевич стал готовиться к широкомасштабному наступлению: только военными победами, по его мнению, можно было восстановить порядок. Во время июньского наступления войска Корнилова, несмотря на противодействие немецкой Южной армии, добились наибольших успехов. Но другие части не выдержали ударов противника. Последняя надежда сохранить боеспособность армии рухнула. Началось повальное бегство солдат с фронта. В телеграмме направленной Корниловым Временному Правительству говорилось: «это бедствие или будет снято революционным правительством или, если оно не сумеет этого сделать, неизбежным ходом истории будут вдвинуты другие люди».

Однако правительство в Петрограде само едва успевало реагировать на бурное развитие политического кризиса и не знало, какие средства необходимы, для того чтобы удержать солдат на фронте. « На полях, которые даже нельзя назвать полями сражения, - писал Корнилов в другой телеграмме,- царит сплошной ужас, позор и срам, которых русская армия еще не знала с самого начала своего существования. Необходимо немедленное введение смертной казни на театре военных действий. Смертная казнь спасет многие невинные жизни ценою гибели немногих изменников предателей и трусов». В противном случае Корнилов пригрозил отставкой. Временное Правительство согласилось на крайнюю меру: пришлось ввести смертную казнь на фронте.
  1   2   3
Учебный текст
© perviydoc.ru
При копировании укажите ссылку.
обратиться к администрации